Он повернулся ко мне, и в его усталых глазах читалась странная решимость.
— Ты должна сделать это, Леся. Твоя магия — магия жизни, роста. Ты можешь стать
мостом. Прикоснись к дереву и представь Леона. Не принца. Не дракона. Мальчика,
который потерял всё. Позволь древесине почувствовать его сущность. А я… — он поднял
жезл, — направлю его душу по этому мосту.
Я посмотрела на Дэмиана. Он кивнул, его рука легла на рукоять меча — готовый ко
всему. Лира и Боргар заняли позиции, прикрывая нас со спины.
Сделав глубокий вдох, я подошла к Древу-Ране и положила ладони на его шершавую,
холодную кору. Закрыла глаза. Внутри была тишина — моя собственная. Я стала искать в
памяти не силу дракона, а то, что чувствовала, когда его душа была рядом. Чистоту.
Мужество, исковерканное болью. Тоску по зелёным лугам и смеху его первой любви… по
Лесении. Я собрала эти чувства в пучок зелёного света в своей груди и направила его
через руки в дерево.
Кора под моими ладонями затрепетала. Из трещины в стволе потянулся слабый, болотный
свет.
— Сейчас! — скомандовал Марник.
Он направил наконечник жезла прямо в светящуюся трещину. Золотой шарик дрогнул, от
него протянулась тончайшая нить света. Она коснулась древесины, и дерево… вздохнуло.
Свет в трещине вспыхнул ярче, поглотив золотую нить. Шарик на жезле погас,
растворился.
Наступила тишина. Потом по стволу пробежала дрожь. На тёмной, влажной сердцевине
внутри расщелины стали проступать прожилки чистого золота. Они пульсировали в такт
медленному, древнему ритму, будто второе сердце.
— Он… внутри? — прошептала я, не отрывая рук от коры.
— Да, — ответил Марник, опуская жезл. Его плечи поникли от усталости и облегчения. —
Его сознание будет спать. Древо будет питать его своей памятью о жизни, защищая от
распада. Но это ненадолго. Неделя, от силы две. Потом душа начнёт сливаться с
древней болью дерева, и тогда обратного пути не будет.
— Значит, у нас есть две недели, чтобы добраться до Корней Исполина и найти тело
Лесении, — подытожил Дэмиан. — И сделать это раньше Кассиана.
Имя плешивого и трусливого, но падкого до власти узурпатора повисло в воздухе ледяной
сосулькой. Кассиан, кузен Леона. Тот, кто занял его трон, пока истинный наследник
был проклят. Он наверняка уже знает, что проклятие пало.
И он сделает всё, чтобы Леон никогда не вернулся.
— Нам нужно предупредить Кайла, — сказала я, вспомнив про багровый камень связи. —
Если Кассиан в союзе с Холодной Сталью, то Кайл в их логове может узнать их планы.
Дэмиан уже доставал камень, когда с опушки леса донёсся звук. Не птица. Не зверь.