протоколе, мы защищали ваши границы от настоящей угрозы.
Его слова повисли в воздухе, как вызов. Враги зашептались. Союзники выпрямились.
— Достаточно! — вскрикнула Лесения. Её голос, обычно мелодичный, прозвучал, как удар
хлыста. — Мы пришли не для пустых препирательств. Мы пришли к королю. Немедленно
проведите нас к нему.
Старейшины заколебались. Но тут из-за их рядов вышла Илва. Её появление, видимо, было
неожиданным для многих.
— Я проведу их, — сказала она твёрдо. — И, если кто посмеет помешать наследникам
увидеться с королём, пусть ответит перед всей знатью и богами гор.
Её авторитет, видимо, всё ещё что-то значил. Никто не возразил.
Покои короля находились в самой сердцевине дворца, в помещении с огромным окном,
выходящим на священную вершину. Воздух здесь был тяжёлым от запаха лечебных трав и…
безнадёжности.
На огромной кровати, застланной простынями из тончайшего шёлка, лежал он. Король
Терентий. Когда-то могущественный дракон, правивший кланом с мудростью и силой.
Теперь — живой скелет, обтянутый тонкой, почти прозрачной кожей. Его глаза были
открыты и смотрели в окно, на вершину, но в них не было ясного осознания. Лишь
бесконечная, застывшая скорбь. И по его впалым щекам, как и говорила Илва, катились
беззвучные слёзы.
— Отец… — Леон упал на колени у кровати, его голос дрогнул. Лесения присоединилась к
нему, взяв иссохшую руку короля в свои.
Я почувствовала это сразу. Тонкое, едва уловимое эхо. То же самое искажение, что было
когда-то в Леоне, но гораздо слабее, приглушённое, вросшее в самую ткань души
старика. Проклятие было тенью, отброшенной на него в момент нападения на сына. Оно
не убило его. Оно приковало его к жизни, лишив воли, разума, силы. Чтобы он видел,
как рушится всё, что он построил.
— Он всё чувствует, — прошептала я. — Но находится в ловушке. В ловушке собственного
тела и остатков проклятия.
— Можно ли что-то сделать? — спросил Дэмиан, стоявший рядом со мной.
Я не знала. Но Лесения о чем-то думала. Она подняла глаза, полные решимости.
— Наша связь очистила нас. Она… резонирует с его душой. Он шепчет «Исполин». Это
ключ. Он чувствует силу места, что нас исцелило. Если мы… если мы принесём сюда эхо
этой силы. Если мы создадим здесь, в его сердце, маленькое подобие той гармонии…
Она посмотрела на Леона. Он кивнул. Они снова взялись за руки и протянули их к отцу,
не касаясь его, а создавая над ним сияющую арку из соединённых золотых и зелёных
лучей.
— Дэмиан, Леся, — позвала Лесения. — Помогите. Ваша связь… она другая. Живая,
непредсказуемая. Она может стать толчком. Мостом между нашей чистотой и его… его