дать мне практичные штаны и тунику вместо платьев, эх, сейчас бы еще излюбленные
«говнодавы» …), мы столкнулись с неожиданным препятствием. Вернее, с препятствием в
лице маленькой, хрупкой старушки с глазами-буравчиками.
— Вы же не думаете, что я позволю вам уйти без надлежащей экипировки? — спросила
Илва, загораживая дверь. За её спиной две крепкие служанки несли огромный сундук. —
Вы идёте представлять не только себя. Вы идёте как посланцы Нефритового Пламени. И
Зелёного Пламени Жизни, — добавила она с лёгким укором, глядя на мои штаны.
Она открыла сундук. Внутри лежало не золото и не оружие. Там были вещи куда более
ценные. Плотные, непродуваемые плащи из шерсти горных козлов, обработанные
водоотталкивающим составом. Лёгкие, но невероятно прочные доспехи из закалённой
драконьей кожи (не настоящей, а искусно выделанной). Аптечка с мазями и настоями,
названия которых Альдрик записал бы в свой блокнот дрожащей от восторга рукой. И…
пироги. Целый ворох, завёрнутых в вощёную бумагу.
— Чтобы не голодали, — строго сказала Илва, суя мне в руки ещё один свёрток. — И
ведите себя прилично. О вас теперь легенды ходят. Не опозорьте.
Мы выехали из города на рассвете, когда первые лучи солнца окрашивали вершины в
розовый цвет. Нас было пятеро: я, Дэмиан, Кайл, Карр и неожиданно присоединившийся к
нам Боргар («Скучно тут без настоящего дела. А вы, молодые, без меня пропадёте»).
Путь к нейтральным землям лежал через живописные, но безлюдные долины. Впервые за
долгие недели мы могли дышать полной грудью, не оглядываясь на придворные интриги. И
это было прекрасно.
— Знаешь, — сказала я Дэмиану, когда мы ехали рядом по узкой горной тропе. — Я
начинаю понимать прелесть этой «легендарности». Никто не требует, чтобы я правильно
держала вилку.
Он рассмеялся, и этот звук, чистый и свободный, был лучше любой музыки.
— Подожди до возвращения. Илва засадит тебя за уроки этикета с утроенной силой.
— Тогда я сбегу обратно в болото. Буду там княжить. С Гнусем в советниках.
— А я — генералом твоего войска из комаров и лягушек, — парировал Дэмиан.
— Романтично, — фыркнул Кайл, подъезжая сзади. — Только если вы закончили строить
друг другу глазки, может, обратите внимание на то, что тропа странно заканчивается?
Он был прав. Тропа, которая ещё минуту назад вилась по склону, упёрлась в… стену из
густого, непроходимого тумана. Туман был не белым, а серовато-зелёным, и от него
веяло запахом прелой листвы и старой магии.
— Вот и нейтральные земли, — мрачно сказал Боргар. — Граница. Дальше — чащоба,
которая не любит гостей. Говорят, деревья здесь двигаются, а тропы меняются. Без