— Что ты, Сулим-гуай, — тут же встрепенулся Наран. — Ты теперь — родич Дженны-аах. Будешь ее старшим братом, ее отцом, ее помощником. Твоя мудрость нам нужна.
Сулим кивнул, усмехаясь, а зубами уже заскрипела Дженна. Будь ее воля — она бы этого змея прямо тут и придушила. Ох, как он ей не нравился, как она его ненавидела! Но никто отчего-то не замечал этой гнили, этого смрада… ей же казалось, что Сулим просто источает душевное зловоние. Именно он отравил Баяра, только кто ей поверит?
Во многом он в общем-то прав. Она все еще чужачка, которая мало в чем разбирается, мало что понимает в хозяйственных вопросах. А еще она слабая, уязвимая и довольно-таки неуверенная в себе. Если бы ей и в самом деле пришлось стать ханшей, она бы орала от ужаса. Но, к счастью, Баяр там, в шатре, под присмотром Ольга дышал спокойно и ровно, даже начал понемногу, глотками, пить бульон. Жутко исхудавший, бледный и слабый, он жил. И жить будет, если, конечно, дать ему немного времени разобраться в происходящем.
— Дженна-аах, нужно решить вопрос с телом.
Она вздрогнула и дико поглядела на Найру.
— Я понимаю, что тебе трудно. Очень трудно, милая. Но Баяра нужно отправить к предкам. Так он сможет вернуться к нам, когда пожелает.
Ох, сколько нецензурных слов промелькнуло в голове у Женьки!
— Сначала войско принесет клятвы Дженне-аах, — выручил Женьку Наран. — А потом мы окажем Баяру все полагающиеся ему почести.
Клятвы! Почести! Обряды! Вот уж что она терпеть не могла — так это всякие торжественные мероприятия. И в центре внимания находиться Женька тоже не любила. Но в этот раз пришлось. Она не понимала, что задумал Баяр, то есть немного понимала, конечно, но это казалось ей глупым и странным. Тем не менее Женька покорно позволила себя переодеть (от алого халата все равно отказалась наотрез, потребовав принести ей тот, изумрудный угурский), заплести волосы в короткие куцые косички и прикрыть их рогатой шапкой.
Найра сажей подвела Женьке брови, уверяя, что так будет красивее, надела на пальцы медные и золотые кольца. Счастье еще, что у Женьки уши не проколоты, не пришлось вдевать тяжелые серьги. Хотя Листян слабо намекнула, что можно проколоть прямо сейчас.
Листян теперь Женьку вообще раздражала неимоверно. Не так, как Сулим, но выдрать эту пигалицу очень хотелось. Нарану она до сих пор внятного ответа не дала, не отпуская парня, но и не принимая своим мужчиной. Командовать начала в стане, Сулима поддержала, хотя, откровенно говоря, Сулим ее брат родной, а Женька — так, недавняя подруга. За это Листян упрекать сложно, но Женька все равно запомнила. Если бы она не была твердо уверена, что Лиска любит Баяра больше всех на свете, Женька даже могла бы ее подозревать, но нет — какой бы капризной и глупенькой ни была эта девочка, на откровенную подлость она не способна.