— Да, я тоже так думаю. Но попробуй котенка у матери забери. За такое сама степь накажет. Нельзя убивать кормящую мать, а так просто ни один зверь своего детеныша не отдаст. Звери порой гораздо чище и добрее людей.
Женька, вспомнив свое детство, кивнула. Протянула руку, чтобы потрогать эти самые хвостики, а Баяр вдруг заулыбался, как мальчишка, и мазнул ее пушистым мехом по носу. Она замерла, хлопая ресницами, а мех завораживающе медленно скользнул по щеке, потом по губам, спустился на шею, приласкал ключицы. Снова этот его взгляд — потемневший, жадный. Она, не раздумывая, шагнула ему навстречу, обхватила руками, запрокинула голову. Готова — и он это видит, не может не видеть. Согласна на все, что он захочет.
Связка драгоценных хвостов упала на пол, мужские руки обхватили ее, вжимая в твердое тело. Горячие как огонь губы прижались к чувствительному местечку за ухом. Женька дернулась, задрожала. Сильные пальцы, отодвинув ткань просторной рубашки, скользнули по ребрам. На мгновение Баяр застыл, тяжело дыша, а потом выпустил ее из рук. Взглянув в наполненные разочарованием светлые глаза и надутые губы, тихо засмеялся.
— Не здесь, сайхан. Не сейчас. Ты достойна большего. Пусть нашей крышей будет звездное небо, а ковром — шелковая трава матери-степи.
Что ей оставалось делать? Только кивнуть и поднять с пола их «валюту».
В центре деревни дома оказались побогаче, чем на окраине, даже обмазанные глиной и побеленные, с деревянными крышами, с резными столбиками, к которым были привязаны разноцветные мешки.
— Это хлеб для нищих, — пояснил Баяр. — Черствый. Голодный будет рад, а сытый пройдет мимо. Считается, что духи охраняют милостивых людей. Наверное, так и есть.
Ведя коней на поводу (верхом по деревне ездить запрещалось), они дошли до небольшого рынка. Несколько навесов с овощами, рыбой и зеленью, пара добротных лавок с тканями и посудой — вот и весь ассортимент. Небогато, но оно и понятно, деревня не самая большая. Зато рыба пахла рыбой, а зелень — зеленью. На вид все — свежее.
Баяр был прав — за каждый хвостик кусарки торговец тканями и красками дал по большой квадратной монете с отверстием посередине. На эти монеты Баяр купил мешочек соли, новую сковородку (старую они все же забыли у реки), муки, риса, сушеной моркови, связку рыбы и пару копченых змей. Остановился на миг у лавки с одеждой, сунул Дженне поводья коня и нырнул внутрь. На связке у него оставалось не меньше десяти монет.
А вышел со свертком и, кажется, без денег. Встряхнул нечто яркое, изумрудное с золотом, велел Дженне: