— А ну примерь. Руки расставь.
Женька догадывалась, что это какая-то одежда, но на ее взгляд она была слишком непрактичной. Шелк же! Глубокого зеленого цвета, расшитый золотыми цветами и диковинными птицами.
— Я этот халат еще в прошлый раз тут приметил. Так и решил, что никто не купит. Очень дорогая вещь. Думаю, тебе подойдет, хоть он и мужской.
И пока Женька хлопала глазами, Баяр ловко надел на нее диковинное одеяние: сначала широкие рукава, потом запах, поясом два раза обмотал и хитро завязал. Сделал шаг назад, искрясь смехом — Женька так и стояла на цыпочках, раскинув руки и боясь дышать.
Да, он знал, что халат сядет на нее, как влитой. И в какой-то мере заехал в эту убогую деревню, рассчитывая найти его непроданным. Вещь такая, что угуры не купят запросто. Сшитый скорее на мальчика-подростка, чем на мужчину, длиной до колена, с высокими разрезами — чтобы на лошади ездить. Теплый, стеганый, подбитый толстой шерстяной тканью. Шелк был только сверху. Вещь очень дорогая, такую впору носить сыну правителя. Откуда такой халат в деревенской лавке — только духи ведают. Баяр предпочитал думать, что специально для него. Нет, ему совсем не жалко денег. Его женщина должна одеваться достойно. Холодной осенью ей будет тепло. Ну и пусть халат запахивается на мужскую сторону, и узор на нем мужской, и пояс такой, чтобы за него можно было нож заткнуть или ножны привесить. Дженна явно возражать не станет.
Женька наконец отмерла, горящими глазами разглядывала надетую на нее красоту. Погладила дрожащими пальцами гладкую ткань, очертила вышитую золотой нитью птицу. Попробовала пошевелить плечами. По тяжести одежды было понятно, что вещь на холодное время года. И отказаться бы от подобного подарка — ведь понятно же, что стоимости немыслимой, можно ли себе позволить такую роскошь — но как можно отказаться? К тому же Баяр — не просто воин, а сын хана. Наверное, отказ его расстроит. Нет, не стоит его обижать.
На самом деле Женька просто-напросто была жадной, как и все дети, которые выросли в нищете. Этот халат на Женьку надел муж, теперь это — ее вещь. Не отдаст.
— Спасибо, — тихо сказала она, глядя в лицо довольному Баяру, шагнула к нему и, зажмурившись, поцеловала прямо в губы.
Миг, и он напрягся, сжал ее плечи и выдохнул:
— Поехали. Нам здесь больше делать нечего.
Все. Больше терпеть он не мог и не хотел. Сейчас увезет ее из угурских земель и сегодня ночью сделает своей. Против Дженна точно не будет, он ощущал это всем своим существом.
С явным сожалением Дженна сняла халат, очень аккуратно сложила его и убрала в сумку. Подхватив за руку, Баяр быстро повел девушку вниз по улице. Снова верхом, снова долгая дорога. Снова короткий привал и быстрый перекус холодным вареным рисом и соусом.