РУНЫ
ЗОСТА — руна «Исследования»
ХЕРАРА- руна «Зондирования»
АСТОМАНД- руна «Материализации»
НИХУМБ — руна «сокрытия».
ПРОЛОГ
Девушка была ещё жива, когда он вернулся со скатертью, которую они собирались использовать, чтобы избавиться от её тела.
Ткань скользила между пальцев — медовый шёлк, саван, более подобающий голубой крови, нежели её собственной, хотя она бы вряд ли оценила это по достоинству. Порыв ветра, ворвавшийся с балкона, притушил факелы в бальном зале, но он всё ещё мог различить фигуру на полу и услышать, как её затруднённое дыхание участилось, стоило ему подойти ближе. Больше труп, чем человек, она скорчилась в позе эмбриона, прижимая остатки одежды к исхудавшей груди. Рваные раны исчертили её грудь и землисто-бледное лицо. Клочья опалённых волос усеивали пол вокруг неё, а то, что осталось, намертво спеклось с кожей головы.
Он поджал губы.Только не это. После короткого, тщетного поиска остатков терпения он впился взглядом в идиота, стоявшего на другом конце зала.
— Пять минут, — процедил он сквозь зубы. — Я оставил тебя на пять минут, чтобы ты разделался с ней и подготовил к утилизации. Какого чёрта здесь происходит?
Остолоп заерзал, вцепившись в руку. Сквозь его пальцы сочилась кровь из скверной раны.
— Это первосортный товар.
В теле, истекающем кровью на пол, не было ничего «первосортного», но его деловой партнёр никогда не отличался умом.
Он расстелил скатерть.
— Как она умудрилась тебя полоснуть?
— Она целительница, — сплюнул дурак. — Рванула на меня, когда я до неё дотронулся.
— Ну, значит, она слаба, иначе превратила бы тебя в жидкое месиво, вместе с костями. Был бы сейчас кричащей бесформенной грудой кожи. — Он позволил внезапно притихшему мужчине обдумать этот образ. — Упаковывай её.
— Я даже насладиться ею не успел, — упрямо пробормотал дурак, приседая, чтобы оценить учинённый им беспорядок. — Хотя, может, ещё получится…
Пытаясь подавить — и безуспешно — удивление тем, что этот человек способен испытывать энтузиазм по отношению к полусожжённой, полуживой девушке, он снова перевёл взгляд на пол. Её сопротивление дорого ей обошлось. Обломки стула разлетелись у её головы, осколки керамики от некогда богато украшенной вазы вонзились в кожу, пуская кровь по плитке. Клянусь Эльсарами, избавиться от неё будет сущим мучением.
— Чего я не могу понять, так это почему она здесь оказалась, — его голос стал опасно тихим. — Она явно не маг иллюзий, а эта комната надёжно защищена. Как она вошла?
Другой мужчина поднялся, его лицо стремительно теряло краски.
— В своё оправдание скажу, — пробормотал он, — я не мог знать, что она пришла в сознание.