— Мы друг друга стоим. — Она сглотнула, прижимаясь к нему. — Всё же ты был очень добр тогда, когда объяснил мне, как добраться до Академии.
— И привел тебя прямиком к гибели. Но ты всегда видела во мне лучшее. — Его губы изогнулись. — Пыталась сделать меня лучше?
Она фыркнула. — Думаю, это ты сделал меня хуже. Я подожгла Аэлиуса.
— Я видел. — Сцепив их пальцы, он поцеловал её ладонь. — Скажи, чего ты хочешь от жизни теперь?
Она приподняла бровь. — Всего, что пожелаю?
— Назови, и это будет твоим.
Шаги предупредили её, что стражники Кадры решили: с него и его Петитора довольно времени наедине.
Она поднялась на цыпочки, чтобы прошептать ему на ухо:
— Тогда просто будь счастлив со мной.
На его лице появилась медленная улыбка.
— Мой прекрасный Петитор. — К изумлению всех присутствующих, он подхватил её на руки. — Это будет проще простого.
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ СЕДЬМАЯ
Два месяца спустя
Сарай вращала кинжал в одной руке, не сводя глаз с ласки перед собой.
— Я здесь не для того, чтобы торговаться, — напомнила она ему. — Закон был пересмотрен. Вы не можете заставлять своих гильдейцев работать дольше двенадцати часов в обход правил.
Магистр Гильдии Камней Албанус в который раз переставлял цветы в вычурной вазе. — Знаешь, это эрригальский фарфор, — он указал на гладкую поверхность. — Оценивается в шесть тысяч ауреев. Он может стать твоим.
— Нет, спасибо. — Гильдейцы, которые постоянно «проходили мимо» открытого окна его кабинета, выглядели с облегчением после её отказа. Один мужчина, который, казалось, думал, что хорошо спрятался в углу снаружи, приподнял брови. — Два человека уже мертвы от переутомления. Я здесь из вежливости. В следующий раз я приду с ордером.
Албанус выпрямился. — Вы все думаете, что можете ворваться сюда и разрушить наш бизнес. Мы обеспечиваем работой этот город. Мы стоим гораздо дороже, а вы потакаете им?
— Стоите гораздо дороже, — повторила она. Её кинжал перестал вращаться. — Гораздо дороже?
За окном подслушивающий гильдеец слабо улыбнулся.
Она поднялась. — В последний раз говорю: я здесь не для переговоров. Если Тетрарх Кадра или я услышим о каких-либо нарушениях, ваши карьеры будут у вас отобраны.
Он неприятно улыбнулся. — Попробуй, и я отправлю вас обоих прямо обратно к дверям Смерти…
Её кинжал сорвался с руки. Свет блеснул на фарфоре, и Албанус взвизгнул, когда ваза рухнула на пол и разлетелась вдребезги.
— Шесть тысяч ауреев! — Он схватился за осколки, пытаясь собрать как можно больше.
Выбрав несколько, она вышла из его кабинета, швырнула их в ближайший куст и кивнула плохо спрятанному гильдейцу.