— Э-э, позвольте, я быстро соберу её вещи.
Её родители благодарно кивнули, и я вышел в коридор прямо перед спальней. Прислонившись затылком к стене, я закрыл глаза, которые жгло от слёз, и сжал переносицу.
Что, чёрт возьми, происходит?
Я закусил губу, давясь рыданиями. Затем быстро вытер глаза, вошёл в спальню и, хватая всё, что попадалось под руку, принялся швырять её вещи в сумку. То же самое я проделал в ванной.
— Спасибо, — сказала её мама, принимая у меня сумки. — Что мы должны вам?
Должны мне?
У меня перехватило дыхание, ком подступил к горлу, поэтому я просто покачал головой. Она грустно улыбнулась.
— Что ж, ещё раз. Мы очень вам благодарны. Прощайте. — Она открыла дверь, и они ушли.
Я так, сука, боялся, что она не вернётся, но я и представить не мог, что всё закончится вот так.
Неужели я… сломал её?
Глава 34
Мёрфи
Сердце обладает бесконечной вместимостью.
Иногда нам хотелось бы, чтобы это было не так.
— Мне так жаль, — шепчет она, быстро смахивая слезу со щеки.
— Не надо, — я качаю головой, опускаясь на пятки, и мои руки соскальзывают с дивана. — Не извиняйся.
— Он утонул. — Она запрокидывает голову, глядя в потолок, и закрывает глаза, делая глубокий вдох. — И я была...
Мой телефон издает сигнал.
— Блядь, — бормочу я, выуживая его из кармана.
— Блэр тебя ищет?
Я смотрю на экран и киваю.
— Спасибо, что отвез меня в неотложку.
Я быстро печатаю ответ и убираю телефон обратно в карман.
— Мне пока не обязательно уходить. Продолжай.
— Я думаю... — Она поворачивается и смотрит в окно. — Возможно, мы сказали всё, что могли. Я многое потеряла. И, может, ты тоже. Но мы двинулись дальше. — Она снова переводит взгляд на меня. — Порой я теряюсь в мыслях о том, что могло бы быть, но это лишь мешает мне идти вперед. Ты сам так сказал. Иногда единственный способ двигаться дальше — это действительно начать движение. Если моё присутствие здесь — слишком большая нагрузка, даже если только на лето, я уеду. В мои намерения никогда не входило переворачивать твою жизнь вверх дном. Ни тогда. Ни сейчас.
Я встаю и провожу рукой по волосам.
— Хуже не придумаешь, — бормочу я.
— У нас? — На её губах играет улыбка, когда я киваю. — А что, если это идеальный момент?
Я хмыкаю в ответ на её «а что, если».
Она опускает взгляд, теребя край повязки на пальце.
— Когда Крис умер, я не плакала. Ни единой слезинки. Всё внутри меня отрицало мысль, что его больше нет. А когда это перестало помогать, я начала притворяться, что его никогда не существовало. Ни любви. Ни смерти.
Я прячу руки в карманы, борясь с желанием коснуться её и успокоить.