— В чем дело, милый?
— Ни в чем, — отвечаю я.
Она коротко смеется:
— Ну да. Я поняла, что «ни в чем». Меня беспокоит, почему так?
Почему у меня на неё только частичная эрекция? Отличный вопрос и до ужаса неловкая ситуация.
— Мне не нравится мысль, что твои родители могут застать нас, пока ты ласкаешь мой член.
Ага. Идеальный пример того, какой я «хороший» (лучший) мужчина. Когда я не могу перестать думать о другой женщине, я виню свою невесту за то, что она положила руку мне на член не в той комнате дома.
— Мои родители войдут через подвал. Мы их услышим, — она качает головой. — Что с тобой такое? Ты в последнее время какой-то не такой. Буквально несколько часов назад, пока мои родители ещё были здесь, ты был готов наброситься на меня в спальне. А теперь ты перешел в режим «осторожного ниндзя»?
Как мне объяснить, что раньше я хотел трахнуть её, чтобы забыть об Элис, но теперь я не могу этого сделать, потому что знаю: забыть об Элис сегодня уже не получится?
Затем я вспоминаю, как Блэр убиралась на кухне после инцидента с Элис, и чувствую себя ещё более виноватым. Так что да, я собираюсь разобраться с этим, используя её кухонное великодушие в качестве ментальной прелюдии.
Я подхватываю её на руки, и она визжит от восторга. Затем я несу её в спальню, чтобы заняться любовью со своей невестой, словно это обязательный пункт из моего списка дел на день.
Глава 35
Элис
Существуют логика и любовь. Но они не могут сосуществовать.
— Спасибо, — говорит Вера, когда я приношу небольшую композицию из роз в её кабинет, расположенный рядом с главной спальней на втором этаже.
— Пожалуйста. — Я улыбаюсь, заменяя вазу, которая стояла здесь несколько дней, на новую.
Она снимает очки в черной оправе и откладывает их рядом с компьютером. Не знаю, чем она занимается в своем кабинете за компьютером. Планированием свадьбы, полагаю.
— Я не про цветы. Хотя они составлены просто и элегантно, как я люблю, — она одаривает меня одобрительной улыбкой.
— О? — Я разглаживаю руками белый фартук.
— Та книга, которую ты читала моему мужу. В общем, это работает, — она ухмыляется, и её щеки заливает румянец.
Я приподнимаю брови и смеюсь:
— Что ж, приятно это слышать.
— Продолжай в том же духе.
— Обязательно. — Я делаю несколько шагов к двери и останавливаюсь. — Можно мне сегодня приготовить ужин пораньше? У меня есть дела к семи вечера. Если нет, то…
— Конечно, дорогая, — она водружает очки обратно на нос, даже не расспрашивая меня о моей просьбе.
— Спасибо, — бормочу я.
Когда я спускаюсь вниз, до меня доносится «Псс!». Я останавливаюсь и выгибаю спину, заглядывая в кабинет Хантера.