— Так лучше? И кто сказал, что бриллиантовая полоска обязана быть обручальным кольцом?
Взгляд Мёрфи оставался прикованным к кольцу, поэтому я сняла его, открыла шкафчик, достала винный бокал и положила украшение на пустую полку. Вытерев следы своих микробов с горлышка, я наполовину наполнила его бокал. Он посмотрел на стекло, а затем перевел взгляд на шкафчик, где я оставила кольцо.
— Мило, что ты волнуешься, — сказала я, протягивая ему бокал.
Он принял его и поднес к губам.
— Что ты имеешь в виду?
Я съела еще кусочек стейка и пожала плечом, продолжая жевать.
— Ты не из тех парней, кто спит с чужой женой.
Он поперхнулся, поставил бокал на столешницу и, прикрыв рот кулаком, зашелся в кашле.
— К-кто сказал, — он снова закашлялся, — что-то про секс?
— Я знаю… знаю, — я потерла лоб. — Это рискованно, учитывая, как высоко ты на этом пьедестале. Но, несмотря на твое жалкое выступление в корнхоле, мне кажется, в постели ты должен быть хорош.
Его щеки залил румянец.
— Сколько ты выпила?
Я жалко попыталась скрыть ухмылку, что само по себе должно было послужить ответом на его вопрос.
— За вечер? За день? Или вообще за всю жизнь?
Мёрфи моргнул, и выражение его лица никак не изменилось, поэтому я сунула ему в руки тарелку со стейком и развернулась в противоположную сторону, направляясь к его коллекции пластинок.
— У тебя руки чистые? — спросил он.
Я усмехнулась, вытирая их о свои потрепанные джинсовые шорты.
— Теперь — да.
Я сменила Эллу на The Mamas and the Papas и поставила «Помечтай немного обо мне».
Мёрфи выхватил полоску стейка из тарелки, поставил ее на обеденный стол и спустился по двум ступенькам в гостиную.
— У тебя случайно нет свободного места в танцевальной книжечке13 на сегодня? — спросила я.
Он покачал головой, облизывая пальцы, перепачканные маслом.
— У джентльменов нет танцевальных книжечек. Женщины носят их на запястьях или крепят к вечерним платьям. Так что это я должен спросить тебя, не занята ли твоя книжечка.
Я перевернула запястье, глядя на свою воображаемую танцевальную книжечку.
— Нет. Она пуста, потому что я постоянно наступаю на ноги. Никто не хочет со мной танцевать.
Мёрфи попытался сдержать ухмылку, внимательно меня изучая. Я не хотела, чтобы он меня раскусил, я просто хотела, чтобы он потанцевал со мной.
Он завел одну руку за спину, поклонился и протянул мне другую.
— Позволите пригласить вас на танец?
Засунув большие пальцы в передние карманы шорт, я на несколько секунд задумчиво закусила губу.
— Пожалуй.
Я вложила свою ладонь в его руку, и он рывком притянул меня к себе. У меня перехватило дыхание: одна его рука уверенно легла мне на поясницу, а другая переплелась с моей всего в нескольких дюймах от моего лица.