— Я сейчас все уберу, если тебе нужен стол, — сказала она и поджала губы.

Он молча подошел и стал разглядывать ее готовку или, точнее, то, что она учудила из его припасов. Его лицо скривилось в усмешке и Рида почувствовала, как ей становится все более неловко. Чтобы мужчина осуждал ее кулинарные способности — да лучше б он подумал, что она нарочно пришла на кухню подкараулить Тиролля.

— Я хотела приготовить тот напиток, — решила она, что если начнет отнекиваться, почувствует лишь больший стыд. Да и она дала слово, что отныне будет говорить лишь правду. Уж точно не станет врать по мелочам.

— Это я понял, — бросил он, взял чашу с ее смесью и высыпал целиком в мешок для отхожих продуктов.

Рида чуть не вскрикнула от возмущения. Разве можно было так поступать со свежей едой!

— Это уже несъедобное, — оборвал он ее попытки пожурить его. — И сними воду с огня, если ты не ждешь, пока она вся выкипит.

Вода действительно уже вовсю бурлила и горячие капли разлетались по деревянному полу и пытались затушить огонь. Рида поспешила к очагу, схватила прихват и ловко перетащила чугунок на стол. Остановилась, наблюдая за Юсуфом.

Он ополоснул чащу в бочке у дверей, подошел к мешкам у стены и принялся быстро и ловко добавлять, пересыпать и перемешивать их содержимое. Его уверенные движения так не вязались у Риды в голове с его грубыми, большими руками. А магически завораживающий вкус мугли настолько не шел в сравнение с теми лепешками из пшеницы, которыми он угощал ее в Кардове. Это казалось таким невероятным, как и многое в нем.

Юсуф был словно соткан из противоречий. Он плохо разбирался в камнях, но отлично торговал ими и любил свое дело. Он не умел готовить, но этот напиток из какао-бобов выходил из его рук бесподобным. Забавно, что в ее жизни все складывалось с точности наоборот. И еще забавнее, что он как раз умел то, что совершенно не выходило у нее.

— Лей, — скомандовал он и она взяла пустую чашу и зачерпнула воду из чугунка.

Он перемешал содержимое, снял пробу, почти не коснувшись губами стенки, и подвинул питье ей. Смерил взглядом, который она не поняла, и оттого потупила глаза.

— Спасибо, — лишь смогла выдавить она.

Теперь ей следовало уходить, но ноги не желали сделать и шага. Тяжело было признать, но ей хотелось подольше задержаться рядом с ним. Даже если бы они лишь стояли и молчали, даже если бы не смотрели друг на друга.

Кажется, он чувствовал похожее. Склонился над столом и ничего не делал: не говорил, не смотрел, но и не уходил. Что такое происходило между ними? Рида знала: магия. И она не должна была поддаваться ей, но как же тяжело было этому сопротивляться.