Рида мчалась к дочери, словно летела по ветру, и наслаждалась каждым мгновеньем. Вопреки всему она сумела отыскать свою девочку. Она проделала огромный путь, опасный и трудный. И она ни о чем не жалела, она вдруг поняла это. Не жалела даже о том, что человек, с которым она познала будоражащие минуты страсти, предал ее. И она вдруг снова увидела то письмо в своих руках.

* * *

Рида вспомнила, как нерешительно и очень медленно тянула за ленточки, удерживающие письмо в узком свертке. Во сне накануне она видела Юсуфа, сидящего на тюках и пишущего послание, и ей захотелось знать, настоящий то был сон или все случилось в реальности. Тогда она смогла бы понять и остальные свои сновидения: выяснить, были они плодом ее воображения или частью воспоминаний. Она могла бы расспросить Юсуфа, когда он проснется, но пришлось бы ему обо всем рассказать, прежде чем она разберется сама. Рида желала знать первой и наверняка. Она оглянулась на спящую фигуру любимого мужчины, скрытую полумраком, улыбнулась тому, как он растянулся по всем шкурам, стоило ей освободить место рядом с ним, и наконец развязала ленточки свитка.

«Дорогой отец, — заскользили ее глаза по строчкам с неаккуратным почерком, выдающим усталость и обеспокоенность, — меня огорчает, что мои поступки разочаровали вас. Я бы желал поступить иначе, но находился в обстоятельствах, которые не оставляли мне выбора. Заверяю вас, что никогда не посмел бы действовать против вашей воли, имей я иную возможность. Надеюсь на ваше понимание и великодушие».

Рида улыбнулась, дочитав до этого места. Она знала, что Юсуф писал про нее. Он выдал свой секрет ради ее спасения. И хоть она сожалела об этом, ей было приятно осознавать, что он ничуть не жалеет. Однако уже следующие строчки заставили ее содрогнуться и, дойдя до конца письма, она заставила себя несколько раз перечесть его заново.

Быть может, ей это казалось? Быть может, это был всего лишь еще один зловещий кошмар, на этот раз такой яркий, что она путала его с реальностью? В то утро Рида измучила себя этим вопросом. И продолжала задавать его и сейчас, когда быстро неслась на Роксане через ущелье к дому дочери.

«В ответ на ваш совет, отец, — говорилось в письме, — чтобы я развелся с нынешней женой и женился на младшей дочери Акифа Морено, который поклялся оказать вашему трону всяческую поддержку и восстановить попранную мною репутацию, сообщаю вам, что безоговорочно принимаю его. Прошу вас донести это до сведения господина Морено и просить его начать готовиться к свадебной церемонии. Мое решение окончательное и не подлежит отмене. Я сдержу слово, данное в этом пергаменте».