— Юсуф, это вовсе не забавно, — пожурила она.

— А разве похоже, что я забавляюсь? — Он ласково погладил ее по щеке. — Эти котлы раздражают меня с той минуты, как я открыл глаза.

— Прошу тебя, еще ни один котел ни у кого не отнял жизнь и даже не испортил ее.

Она снова смотрела на него с мольбой.

— Ты уверена? — излишне серьезно уточнил он.

Рида кивнула и вмиг ощутила, как крепкие, сильные руки обхватили ее за талию, подняли и опустили в ближайший чугунок. Окунули с головой, и, когда она вынырнула, то первые минуты ошеломленно глотала раскрытым ртом воздух. Еле теплая вода ручьями струилась с ее волос и одежды. А слова возмущения застыли на губах.

— Вот видишь, сколько забот может доставить простой котел. А у тебя их здесь… — Юсуф с серьезным видом, но явно довольный проделкой, оглядел комнату, — у тебя их здесь целых пять штук. Все еще считаешь, что не должна о них позаботиться?

Он был невыносим, а она сидела внутри этого огромного чугунного сосуда, словно замоченный, но недоваренный горностай, и не находила силы сказать. Возмущение захлестывало ее и, казалось, готовилось разорвать вместе с котлом, и этой комнатой, и Юсуфом. И она бросила гневный взгляд на соседний чугунок, взмахнула рукой и заставила его заскользить по полу. С такой силой пнула им Юсуфа сзади по ногам, что он не удержался и барахнулся в воду, расплескав по полу вокруг огромные лужи

— Я достаточно восстановилась, — наконец выговорила она, откинулась на стенку котла и не без гордости за свои улучшенные навыки принялась наблюдать за тем, как Юсуф отплевывается и вытирает воду с лица. — Обещаю, если возьмешь меня с собой, эти котлы не доставят тебе неприятности.

— Не доставят неприятности?

Он недовольно усмехнулся и вылез из воды. Стащил с себя мокрую одежду, схватил с тахты простынь и начал насухо вытирать тело и волосы. Сорвал вымокшую и бесполезную перевязь с груди, обнажив свежие рубцы от копья и сабли.

Рида осторожно выбралась из чугунка и последовала его примеру: сняла с тахты покрывало, насухо им обтерлась и обмотала ткань вокруг груди, продолжая внимательно следить за Юсуфом. Лицо его сделалось хмурым и задумчивым. Он явно не слишком обрадовался скорому восстановлению ее магических способностей. Почему он упрямился? Разве месяц назад он не просил ее о помощи, не пытался выяснить, как одолеть существо, поселившееся в Розовых песках? Что изменилось?

— Юсуф, ты не можешь держать меня в стороне, — попыталась она снова уговорить его. — Если ты хочешь, чтобы я была твоей женой, то позволь мне быть ей.

Он прекратил обтирать себя и с любопытством посмотрел на нее.