Старая дуэнья даже не ждала ответа — просто стелила ковровую дорожку для императрицы. Жуткая баба.

— Да, хлопот в избытке, Екатерина Петровна. Оттого Борис Николаевич и завел учет. Расписал по реестрам конюхов, столяров, кузнецов. Без контроля русский мужик быстро решает, что работу можно скинуть на соседа.

— А господа офицеры тоже помогают вам с записями? — вклинилась Гурьева.

Ах ты ж егоза. Прям клубок змей. Как только Архарова сюда попала, но она еще юна, наберется всего «этого».

Тон самый что ни на есть невинный. Однако умная девка прекрасно раскусила мою тактику, я прятал военные разработки за скучной бюрократией.

— Военные счетоводам только мешают, Мария Дмитриевна. Поди объясни пылкому корнету с саблей, что чертеж порой решает исход дела лучше клинка.

Мелецкая заулыбалась, но вот Гурьева осталась серьезной.

— Забавная у вас, мужчин, привычка. Любую возню вы именуете хозяйством.

Я промолчал. А что ей сказать? Пусть думает что хочет.

Тут влезла Архарова:

— Барон, а кто доставляет больше хлопот — хозяйство или подмастерья?

Валуева тяжело вздохнула. Младшая фрейлина пискнула и залилась краской, но слово не воробей. Я мысленно воздвиг девчонке памятник: она перебила императорскую атаку.

— Ученики, Александра Ивановна, они вне конкуренции. Сломанный станок по крайней мере не хамит в ответ на замечания.

Ответ им понравился, заулыбались. Императрица тоже благосклонно хмыкнула. Удачно сострил, снял напряжение, показал себя компанейским парнем — забил очередной гвоздь в крышку своего холостяцкого гроба.

— Молодежь требует неусыпного надзора, — констатировала Валуева, придвигая Архаровой вазочку с сахаром. Явно чтобы занять рот юной особы едой.

— Бесспорно. Тут главное не перегнуть палку. Начнешь лупить за каждую оплошность — мальчишка научится виртуозно врать и прятать ошибки. Дашь полную волю — он разнесет мастерскую. Приходится стоять над душой и изображать веру в его здравый смысл.

— Звучит точь-в-точь как гувернерское воспитание, — заметила Софья.

— С одной поправкой, сударыня. Мои воспитанники обычно вооружены рашпилями и тяжелыми молотками.

Дамы весело зафыркали. Переждав шум, Мария Федоровна вернула разговор на заданные рельсы:

— Вы досконально разбираетесь в управлении хозяйством. И после этого пытаетесь убедить меня, будто прекрасно обходитесь без домашнего очага?

Ох, Толя, да чего ей надо? Отговорки про занятость больше не работают. Императрица выворачивает любой мой аргумент наизнанку. Пора бить тяжелой артиллерией. По их правилам.

Я вздохнул. Что же, сама напросилась.