Крупная брошь. Почти орден. Вытянутый по вертикали строгий овал, стилизованный под стрельчатое окно. Лицевая сторона должна показывать идею порядка и благородного света. Сдержанная палитра. Глубокий синий задаст строгость, янтарный добавит тепла, приглушенный изумрудный вдохнет жизнь. Рубиновыми вкраплениями придется пользоваться осторожно, дабы не скатиться в ярмарочную цыганщину. При вечернем освещении брошь должна светиться изнутри.

В голове мелькнуло пафосное название «Свет под покровом». Я тут же мысленно дал себе по рукам. Что за чушь? Да и почему я уже веду себя так, будто говорю о решенном деле? Я всего лишь представляю один из вариантов, верно? Техника «plique-à-jour» — может быть выходом.

Вторым дном станет изнанка. Столичный бомонд ослепнет от витражного свечения, а сама владелица получит нечто личное. На обороте золотой решетки можно пустить микрорельеф — крошечные, сплетенные в орнамент символы ее реальной власти. Что-то вроде гроссбуха, амбарный ключ, буханка хлеба, крест и лекарская чаша. Перевернув украшение, вдовствующая императрица поймет что барон Саламандра разглядел за царственным венцом управленца, контролирующего империю через ведомости и сиротские приюты.

Точное попадание. Сентиментальность и попытки выбить слезу умиления государыня растопчет. А вот проигнорировать факт признания ее истинных заслуг она вряд ли сумеет. Со шкатулкой тогда это сработало. Окружающие привыкли славить ее статус и сыновей-великих князей, игнорируя ежедневную каторгу над счетами за белье.

Мелькнула мысль интегрировать в композицию барочную жемчужину, обыграв ее неправильную форму. Пришлось отбросить. Жемчуг работает на ближней дистанции, сливаясь в невнятное пятно с пары шагов. Мне же требовался быстрый вау-эффект. Сперва владелицу парализует невозможная прозрачность эмали, и затем она обнаружит скрытый смысл на изнанке.

Я слишком рано начал прокручивать в голове технологию.

Мозг еще пытался сопротивляться, зато тело отреагировало. Большой палец машинально скользнул по шву перчатки, очерчивая овал, затем проложил воображаемую линию перегородки под заливку. Поймав себя на этом движении, я со злостью сжал кулак. Паршивый симптом. Здравый смысл велел послать интриганов к лешему, а внутренний мастер мысленно расчищал верстак под первую заготовку.

Тут вдовствующей императрице оставалось только поаплодировать. Гениальный ход, ведь никаких прямых приказов, конвоя у дверей или насильного привода к алтарю. Государыня загнала меня в вилку, любой выбор гарантировал катастрофу.