Слова вызывали доверие.

— Что требуется от меня?

— Оценить, можно ли вообще к этому прикасаться.

Фигнер едва заметно скосил на меня глаза. Ставки взлетели.

— Показывайте.

Выудив из внутреннего кармана плоский дорожный футляр, Вуте двигался подчеркнуто плавно. Фигнер даже не шелохнулся, хотя я заметил, как вес его тела сместился на переднюю ногу. Дернись гость за пистолетом, он бы упал до того, как успел навредить.

Внутри обнаружился сверток из темной ткани, затем слой тонкой кожи, и наконец — крошечная обертка. Какая-то параноидальная упаковка. Так прячут опасные улики от собственных людей.

Раскрыв кожу, гость откинулся в кресле, убирая руки, будто обжегся. На темной подкладке лежал синий алмаз. Довольно внушительный.

Хватать его пинцетом я не стал. Ювелиры обычно видят усталые грани и трещины. Тяжелый цвет не бил по глазам. В полумраке камень казался почти черным, и только спустя секунду внутри начинал тлеть плотный сапфировый огонь.

На краю сознания мелькнула догадка, которую я пытался отогнать.

Прикрыв часть света ладонью, я ловил отблески граней.

Сомнений нет. Вот уж не думал, что увижу его.

— К нему уже прикладывали руку, — констатировал я.

Вуте даже бровью не повел.

— Прежний облик сочли слишком узнаваемым.

— Кто резчик?

— Не ведаю. А если бы и знал — промолчал бы без дозволения.

Зато честно. Я снова склонился над камнем. Чужая работа читалась так, будто мастер пытался сбить узнаваемость, при этом боясь снять лишнее. При таком уникальном цвете любой скол обходился в целое состояние.

— К чему такая спешка? Подобные вещи не вытягивают из тени без нужды.

Взгляд гостя опустился на кожаную обертку.

— Нынешние владельцы больше не желают держать это у себя. Война быстро меняет понятия ценности.

Звучало логично. В пылающей Европе любая драгоценность, мирно лежавшая в сейфе десять лет, за месяц могла превратиться в повод для виселицы.

— Французы? — бросил я наудачу.

Вуте промолчал.

Вернув алмаз на подкладку, я набросил сверху лоскут кожи. Воздух в кабинете сразу потеплел. Без этого потустороннего синего свечения становилось легче думать.

— Вы осознаете, Карл Иванович, что принесли мне?

— Иначе я сидел бы у ростовщика.

— Кому еще показывали?

— Двоим людям, которым я обязан доверять. Один свел нас с домом Ралля. Второй ждет вердикта: можно ли продолжать поиски.

— Поиски чего?

— Надежного тайника, где эту вещь не изуродуют и не сдадут властям.

Варвара беззвучно отодвинула книгу заказов. Умная женщина. Зато Фигнер подобрался.

Я резюмировал:

— Обычной оценки не будет. Сначала вы называете имена тех, кто прислал вас сюда и кто в курсе вашего визита. Без этого не ждите от меня ничего. Если вы знаете что принесли, то должны понимать почему у меня такие требования