Или хотя бы пытаются.

— Как Петродворец? Да брось, княже — этот даже рядом не стоял. — Павел улыбнулся и картинно заозирался по сторонам, будто испугавшись обиды невидимого хозяина Версаля. — Скучаешь по Питеру?

— Честно — с ума сойти! — признался я. — Как там дела… ну и вообще — все?

— В целом — не очень. Но бывает и хуже. — Павел пожал плечами. — Война мало кого делает счастливым. Зато порой изрядно набивает кошельки.

— Дед?..

— Поговаривают, что за последние месяцы сиятельный князь Александр Горчаков… старший, — многозначительно уточнил Павел. — Увеличил свое и без того немалое состояние чуть ли не вдвое. И также поговаривают, что дело не только в миллионных заказах от императорской армии.

— Продолжает скупать фабрики? — догадался я. — И заодно прижимает всех, кто путается под ногами?

— Твой старик слаб здоровьем и уже не так крут, как раньше, но хватку пока не потерял. — Павел нахмурился и покачал головой. — И все, кто не с ним, рано или поздно…

— Можешь не продолжать. — Я развернулся на каблуках ботинок и зашагал к выходу из зала. — Вряд ли вам с Багратионом это нравится.

— Ну… Петр Александрович упирается, как может. А мне приходится следить, чтобы они ненароком друг друга не сожрали, — мрачно усмехнулся Павел. — Как бы то ни было, они оба работают на благо страны — как умеют. Автоматическая винтовка Судаева под укороченный трехлинейный патрон поступила в войска на испытания. И, если доклады с фронта не врут, показывает себя отлично. А в январе мы ждем первую партию панцеров третьей модели.

— Так быстро? — удивился я. — А предварительные испытания, обкатка?..

— Все прошло на ура. Без замечаний. Но проблема в другом княже. — Павел чуть ускорил шаг, чтобы не отстать. — Наши быстрее и надежнее немецких, броня толще и крепче — но их всего один против десяти… в лучшем случае. Твои заводы работают в три смены, однако этого пока…

— Недостаточно. Понимаю… И поэтому армия пока вынуждена отступать.

— Да. Увы. — Павел покачал головой. — Впрочем, есть и хорошие новости. Кое-кто сделал на всем этом не только капитал, но и имя. Прямо перед отъездом я подписал указ о пожаловании небезызвестной тебе Настасье Архиповне Семеновой ордена Святого Станислава третьей степени. Такой маленький золотой крестик под петлицу. Вот здесь, у самого сердца. — Павел коснулся левой стороны груди. — Красная орденская лента, девяносто три рубля государственной пенсии каждый год и…

— Знаю, — буркнул я. — Так, значит, она теперь?..

— Полноправная представительница дворянского сословия. А также молода, хороша собой, знаменита — да еще и при деньгах… В общем, от женихов нет отбоя. — Павел ухмыльнулся и похлопал меня по плечу. — Так что я бы на твоем месте бы не медлил с возвращением на родину.