Закрыл глаза.
— Да блять.
Выдернул наушник из уха, сунул его в карман мастерки вместе с телефоном и, свернув с асфальта на сырую землю, бесшумной, хищной тенью рванул на звук.
Глава 2
Настя
Если бы в современной медицине давали премию за самую эпичную, феерическую бездарность, я бы не просто забрала Гран-при. Моим именем назвали бы эту чертову награду.
— Настя, — устало, с интонацией буддийского монаха, достигшего нирваны через боль, произнесла преподавательница Анна Сергеевна. — Это вена. Она синяя. Она выпирает. А это — шприц. Твоя задача — совместить одно с другим, а не пытаться проткнуть манекен насквозь, чтобы добыть нефть из парты.
В аудитории раздались приглушенные смешки. Я сдула со лба непослушную прядь и виновато улыбнулась.
— Я просто проверяла его на прочность, Анна Сергеевна. Вдруг пациент окажется с сюрпризом? Киборг там, или Терминатор.
— Терминатор от тебя бы сбежал, Башкатова.
Я со вздохом положила жгут.
Мне двадцать лет, я учусь на медсестру на втором курсе колледжа, и я искренне, до дрожи в коленках стараюсь.
Я зубрила анатомию так, что могла бы рассказать строение кровеносной системы во сне на латыни. Я умная, у меня отличная память. Но как только дело доходит до практики… Мои руки превращаются в две неконтролируемые клешни.
Если вам нужно поставить капельницу, и в смену дежурю я — лучше сразу пишите завещание. Это не со зла. Я просто ходячая катастрофа в белом халате.
Мой слуховой аппарат, спрятанный за правым ухом под волосами, вдруг тихонько свистнул, реагируя на то, что я слишком резко дернула головой. Я привычным жестом коснулась пластикового корпуса, поправляя его.
Я плохо слышу с детства. Последствие тяжелой инфекции. Без этого маленького приборчика мир превращается в глухую, ватную подушку. Но с ним я обычный человек. Ну, почти. Обычный человек, который не умеет брать кровь.
Вечер того же дня плавно перетек в глубокую ночь.
Я сидела на подоконнике у своей лучшей подруги Дашки, болтала ногами и допивала остывший чай. Дашка жила в соседнем доме. Наши съемные квартиры находились буквально друг напротив друга, разделенные только темным, заросшим кленами двором, который плавно перетекал в небольшую парковую зону.
Мы часто так делали: засиживались друг у друга допоздна, обсуждая преподов, парней и мою медицинскую несостоятельность.
На мне было мое любимое платье. Красное. Не просто красное, а цвета спелой вишни, облегающее, с открытыми ключицами. Я купила его сегодня днем, чтобы хоть как-то поднять себе настроение после фиаско с венами, и сразу же прибежала хвастаться Дашке.