Он подошел ко мне вплотную. В абсолютной тишине его лицо оказалось совсем рядом. Он постучал себя пальцем по лбу, затем указал на меня, и показал жест: два пальца к своим глазам, потом на меня. «Смотри на меня».
Я кивнула.
Он обхватил меня за лямки компенсатора, притянул к краю яхты. Я даже не успела испугаться.
Шаг назад.
И ледяная вода сомкнулась над моей головой, обжигая открытую часть лица. Тысячи пузырьков ударили в стекло маски.
Я инстинктивно вцепилась в Макса, судорожно втягивая воздух через регулятор.
Макс не отпускал. Его рука крепко, уверенно держала меня за плечо.
Мы начали погружаться.
Свет сверху становился всё более тусклым, зеленовато-мутным. А потом я вдруг поняла одну удивительную вещь.
Здесь, под водой, все были глухими.
Здесь не было звуков шагов, криков, шума моторов или визга тормозов. Здесь был только тот самый вакуум, в котором я жила с самого детства. Это была моя стихия. Моя территория тишины.
Страх ушел. Я расслабила мертвую хватку на руке Макса и огляделась.
Темная, прохладная толща воды обнимала со всех сторон. В лучах подводного фонаря, который Макс включил на запястье, в мутной воде проплывали стайки мелких серебристых рыбешек. На дне виднелись причудливые коряги, обросшие водорослями. Это было похоже на полет в космосе. Невесомость.
Я повернула голову к Максу.
Он висел в толще воды рядом со мной, идеально контролируя плавучесть. Его глаза за стеклом маски внимательно следили за мной. Он поднял руку и показал жест «ОК» — кольцо из большого и указательного пальцев.
Я улыбнулась вокруг загубника и показала ему «ОК» в ответ.
Мы плавали около двадцати минут. Макс ни на метр не отходил от меня, указывая фонарем на раков, прячущихся в иле, или на крупных рыб, мелькающих в зеленой мгле. В какой-то момент я настолько расслабилась, что попыталась погладить проплывающего мимо здоровенного сома, но тот возмущенно вильнул хвостом и скрылся в мути.
Я посмотрела на Макса. Он парил в воде, расслабленный и огромный.
Его психиатр был не так уж неправ. Чтобы успокоить этого человека, ему действительно нужна была не йога. Ему нужно было место, где мир замирает. Где нет выстрелов и нет необходимости просчитывать углы обстрела.
Здесь, в холодной воде, он казался абсолютно нормальным.
Внезапно Макс похлопал меня по плечу, показывая большим пальцем вверх. Пора всплывать. Воздух в моем баллоне (и мои запасы теплоемкости) подходили к концу.
Мы медленно, контролируя скорость, поднялись на поверхность.
Вынырнули у самой лестницы яхты. Я выплюнула загубник, стянула маску на шею и с жадностью вдохнула холодный воздух.