Слишком много всего.
Я не выдерживала.
Дарро обещал. Говорил, что мы давно знакомы. Верил в будущее, где мы идем рука об руку. Но ничто не изменит правды.
Я больше не принадлежала ему.
И себе я тоже не принадлежала.
Все мои надежды рухнули. Их украли и…
Я больше так не могу.
Я обернулась и сорвалась на бег, топча траву. Я разбудила нескольких пчел, которые выбрали розовые и фиолетовые дикие цветы пристанищами на ночь.
Пчелы жужжали позади меня, вокруг моей головы… я призвала все оставшиеся силы и побежала так быстро, как только могла. Волосы развевались в ночи. Пчелы летели за мной, словно плащ. В высокой траве шуршали лапы – Син тенью следовала за мной.
Я обернулась – посмотрела на милые золотые пятна и крошечные бархатные рожки. Только рысь почувствовала, что что-то не так.
Она зарычала и попыталась пробраться ко мне – туда, где пламя обхватило меня своими руками, поймало меня. Син клацнула зубами на ленты жара, которые тянулись из огня, – невидимые, но такие могучие.
Я боролась изо всех сил, старалась выбраться, пока Солин обещал меня Актору.
Я ругалась и кричала, когда мою кровавую пепельную татуировку прижали к такой же свежей метке Актора, когда наши жизненные силы смешали, оставив меня на милость горящей, разрывающей на части кровавой связи.
Я охнула и продолжила рыдать. Я чувствовала эту связь даже сейчас.
Чувствовала, как мучительное обещание сжимает своими горячими, яростными когтями мое сердце. Как вонзает добела горящие клыки в печально стучащий орган – жалкую вещицу, которая влюбилась в другого и заставляет его биться в унисон с сердцем врага.
И с тех пор я не могла толком вздохнуть.
Казалось, я не вдыхала нормально с тех пор, как тени Дарро коснулись моего обжигающего света. Мощь моя трещала и сыпала искрами по всей коже, превращая меня в привязанное к земле солнце. Тени Дарро погасили мое сияние так быстро, так верно, что я провалилась в воспоминание.
В свое первоенастоящее воспоминание – воспоминание такое яркое и правдивое, что я все еще чувствовала вчерашние слезы на вкус.
Мы шли, и тени следовали за ним по пятам, скользя по траве. Темные, бесконечные глаза его сияли ярчайшим серебром – словно за ними пряталась полная луна. Словно он был затмением, и дух его ждал, когда сможет вырваться наружу и засиять.
Пальцы его сжимали мои: облака предупреждающе сбились в кучу.
Он притянул меня поближе, чтобы подарить быстрейший поцелуй. Угрожающе загремел гром.
Я подняла взгляд на небо: единый фронт против постоянной враждебности, против тех, кто хотел разлучить нас. Мы были слишком храбрыми, слишком одурманенными, чтобы бояться.