– Но с чего ему вдруг так волноваться о двух смертных? Какую опасность мы таим для его семьи? Мы просто не хотим оставаться одни!
Руна всхлипнула и посмотрела на Натима.
Олененок поднялся на нетвердые ноги и подошел к ней.
Она скорбно вздохнула, схватила его и прижала поближе. Коснулась губами крошечной головы Натима, а потом забормотала прямо в пятнистую шкурку.
– Он сказал, что однажды мне придется сделать выбор, – Руна подняла подбородок, и из ее глаз заструились новые слезы. – Что выбор этот уничтожит меня… или все остальное. Всех остальных.
Она свернулась вокруг олененка. Я смотрел на нее, ничего не понимая.
– Но что этозначит ? – я потер рот, силясь все это понять. – Он ведь не может увидеть того, что еще не произошло.
– Это значит, что огонь был прав, – Руна посмотрела мне за плечо, на выход из пещеры – туда, где просыпался мир.
И внезапно она поднялась.
Вскочила на ноги, посмотрела меня, все еще сжимая олененка.
– Мне… мне нужно побыть одной, – Руна схватила оленью шкуру, на которой мы спали, сунула ее под Натима и прошла меж спящими волками. Она выскочила из пещеры прежде, чем я успел ее остановить.
Глава 23
Руна
Я присела у реки, привлеченная ее успокаивающим бормотанием. Та ли это река, которая течет и у деревни племени Нил?
Я не осмелилась зайти в нее. Что, если в водах ее снова появится то синее свечение? Что, если я услышу ту скорбную песнь, которую слышала и в прошлый раз? Я просто смотрела в блестящую речную поверхность, моргая. Наблюдая за тем, как собирается на ней солнечный свет. Стараясь хоть так успокоить свои мысли.
Натим шатался вокруг на тоненьких ножках-палочках. Олененок становился все сильнее и храбрее – совсем как рассвет становился днем. Натим согнул крошечные коленочки, чтобы дотянуться до стеблей у речного берега. Дух олененка сиял счастьем бытия и того, что он может учиться.
Я не понимала, как читала его чувства. Почему мой дух словно бы настраивался на всех окружавших меня живых существ? Мимо проносились стрекозы – я ощущала их переливающуюся радость. Пчелы всегда жужжали где-то неподалеку в ярких цветах. Они тоже чувствовали меня – как и я их.
Неужели огненный транс, что я разделила с Солином, пробудил во мне что-то? Или же это сделал незнакомец? Испарится ли новый дар так же быстро, как появился, или я попросту обрела новую часть себя, о которой забыла, и она больше никогда не покинет меня?
Натим погрыз немного ростков, а потом радостно загарцевал в мою сторону на нетвердых ногах – надо же было убедиться, что я видела его свершение!
Я послала ему порыв тихой любви. Его уши задрожали, и Натим прыгнул мне на руки. Закрыв глаза, я обняла крошечного олененка. Разум пытался совладать с мыслями о том, что произошло в пещере.