Все то время, что я провела в племени Нил, Солин вел себя как честный и мудрый человек, справедливый и добрый. И сейчас он не врал. Не глумился над проигравшими. Он сказал правду, какой бы болезненной она ни была.
– Дарро… – прошептала я, прижав подбородок к покрытой бугорками голове Натима.
Даже шепот смог пронзить тени с силой, и Дарро резко повернулся ко мне. Его глаза снова светились кольцами серебра. Он выглядел таким же яростным, словно хальциодон, которого я встретила множество лет назад.
– Хватит, – я задрожала, по щекам покатились слезы. – Не причиняй ему вреда.
– Да. Ты, дикарь. Не трогай нашего повелителя духов, или мне придется ответить силой.
Сердце мое ухнуло в океан отчаяния: из темноты вышел Актор.
Он хромал на замотанную припаркой ногу, но шел без палки. Вместо нее он нес копье – то самое копье, которое кинул в Дарро. На каменном ноже, притороченном к поясу, сиял лунный свет. На том самом ноже, которым он порезал меня, когда принуждал…
Дарро замер, словно сама смерть.
Ночное небо заискрило силой. Звезды будто бы засияли ярче, тени стали глубже. Кожу покалывало от электрического присутствия бури, которая готова была разорвать небеса и землю.
Я глянула на Дарро и втянула ртом воздух.
– Дарро…
Он не ответил. По коже его пошли серебряные и черные волны – лунный свет и тени пестрели, поддевали Дарро, чтобы он воспользовался ими. Глаза его сделались черными, как начищенный уголь. Он сощурился и посмотрел на свою добычу.
Актор сжал в кулаке копье – частично потому, что готовился к нападению, частично чтобы не упасть из-за своей прокушенной ноги. Он по-дурацки подхромал поближе.
– Отдай мне мою женщину.
Дарро не ответил.
В течение какого-то бесконечного момента он не двигался, не моргал и даже не дышал. А потом Дарро усмехнулся.
Громко, мрачно, чудовищно.
Ночь наполнилась разрушительной силой.
Солин втянул ртом воздух, почувствовав то же, что и я: Дарро позвал на помощь не только тени, но и каждую темную и отчаянную вещь в травяном море.
– Она никогда не станет твоей, – прошипел Дарро, словно черный ветер в листьях ивы. – Мне стоило бы сделать это еще в ту ночь, когда ты попытался забрать то, что тебе не принадлежит.
Дарро поднял сжатые в кулаки руки, и небо заполнилось черной путиной.
– О, нет, – Солин посмотрел на меня, а потом перешел на бег, споткнувшись, попытавшись дотянуться до Актора. – Уходи, Актор.Сейчас же !
Но было поздно.
Глаза Дарро сверкнули ртутью.
Его тени завихрились воронкой, которая закрыла собой звезды.
– Я тебя, блядь, убью, – прошептал Дарро, выпуская свои тени.