Вода перестала сиять. Мелодия растворилась в тишине.
Зетас гавкнула с берега, и я снова забеспокоился.
Руна потянулась ко мне, борясь с течением: река повела себя словно строгая компаньонка, призванная следить за верностью молодой девушки. Я подался назад. Все мои желания, все данные мной обещания тут же рассыпались в прах.
Я любил ее.
Это правда.
Но я не мог избавиться от эха того, что услышал от мотылька.
«Она умрет, и ты станешь тому причиной. Ты позволишь ее духу пройти сквозь себя, и она уйдет туда, куда ты не сможешь за ней последовать».
Головная боль усилилась, меня затошнило. Мне нужно было побыть одному.
Чтобы подумать.
Чтобы вспомнить.
Пока не стало слишком поздно.
– Нам… нам пора.
Я повернулся к Руне спиной и поплыл, резко загребая руками, к берегу.
* * *
По дороге в деревню Нил мы шли рядом, но не касались друг друга.
Не обменялись ни словом, когда отряхивались от воды. Избегали взглядов, когда одевались. И шли по травяному морю, двигаясь механически. Зетас бежала с нами.
С мокрых волос Руны по ее спине текла вода – она намочила оленью шкурку. Мы вышли из высокой травы и остановились у центральной поляны.
– Мы обсудим то, что произошло? – наконец прошептала она.
По глазам ударил дым: пламя в выложенном камнями очаге разгоралось все ярче, становилось все голоднее. Я никогда его таким не видел. Что-то сияло в его центре, посылая в нас черные ленты гнилых облаков.
– Не здесь. Не сейчас, – я сжал зубы.
Я не доверял себе. Не мог не думать о предупреждении. Держись от нее подальше.
Мне могли соврать.
Может, все это просто безумная галлюцинация, что подкармливает мои страхи перед собственной убийственной силой.
Я содрогнулся.
По спине пробежался ледяной пот.
– Дарро, нам нужно…
– Мне нужно время, – рявкнул я, посмотрев ей в глаза.
Сердце сжалось – Руна вздрогнула и опустила голову.
Мне хотелось снова обнять ее, призвать свои тени и унести на небо, где никто и ничто не смогло бы до нас добраться. Но я не мог коснуться ее.
Голова гудела, полнилась кошмарами. Я старался говорить четко и кратко, не давая страданию поднять свою уродливую голову.
– Каждое мое слово – правда, Руна. Я никуда не уйду. Я всегда буду рядом, всегда буду присматривать за тобой. Я никогда не перестану искать способ освободить тебя от кровавой связи, но…
Я задохнулся, не в силах закончить.
Она замерла, будто мертвая.
– Но?..
Я собрался с силой, сердито глянул на огонь и его едкий черный дым.
– Пока я не пойму, что случилось со мной вчера ночью… пока не смогу решить, не представляю ли я для тебя угрозы, думаю… – я осмелился посмотреть в полные слез глаза Руны. – Думаю, лучше будет нам… держаться подальше друг от друга.