— Я уйду.
— Жаль.
Иона отдала приказ, и кайры освободили дорогу. Тревожно озираясь, гвардейцы двинулись сквозь их ряды. Мира шепнула Ионе:
— Вы — лучший враг, какого могли создать боги.
Северная Принцесса долго молчала. Мира отошла уже довольно далеко, но в плотном сыром воздухе все-таки услышала ответ:
— Я вам не враг.
Стрела
20 ноября — 2 декабря 1774 г. от Сошествия
Герцогство Южный Путь: Лабелин, Пикси
20 ноября армия Нортвудов пришла в Лабелин. Стояло ненастье: снег сменялся то градом, то дождем; было промозгло и зябко, липко и грязно. Нортвудцам погода представлялась жаркой. Многие шли в обычных кожаных куртках, распахнутых на груди, некоторые — и вовсе в рубахах. Шагали неровными толпами, не держа строй, не делясь на батальоны. Чернобородые мужики несли за спинами круглые щиты, на плечах — секиры, длинные мечи, молоты. Менее всего они напоминали армию — по крайней мере такую, какую представлял себе Эрвин. Огромная банда лесных разбойников, или ватага охотников, идущих на крупного зверя… Но их было много — центральные улицы гудели от сапог и подков. Лабелин притих, боязливо глядя на чужаков сквозь щели в ставнях. Чего греха таить, даже Эрвин оробел от вида союзников. Умом-то он понимал, что войско Первой Зимы сильнее нортвудского, однако кайры — высоко дисциплинированные, аккуратно одетые, скованные присягой и честью — казались некой цивилизованной, культурной, ограниченной силой, в то время как нортвудцы виделись воплощением дикой, звериной мощи. Впервые он в полной мере осознал, как прекрасно, что Иона и Виттор смогли привести этих парней на сторону мятежа. Чего Эрвин хотел бы меньше всего на свете, так это схватки с толпою свирепых медведей.
А вторым пунктом в списке нежеланных дел шло то, что следовало совершить нынешним же вечером: встретиться с главарями нортвудцев и убедить их остаться в Лабелине. Вопреки жажде трофеев и крови, вопреки мечтам о громкой победе, неделю за неделей торчать в городе и дожидаться прихода врага. Эрвин София Джессика считал себя тонким знатоком человеческой натуры, но даже будь он кромешным болваном, и то понимал бы: нортвудцам его план не понравится. Потому, когда возникла возможность отсрочить встречу, он с радостью воспользовался ею.
— К вам странный посетитель, милорд, — доложил капитан Деррек. Этот кайр командовал походной разведкой, а во время долгой стоянки — внешними дозорами вокруг лагеря.
— Я так понимаю, милорд, что вы будете заняты медведями. Желаете, чтобы я сам допросил гостя?
— Перед встречей со мною медведям нужно время, чтобы разбить лагерь…