— А-аааа! — кричала Мира, заходясь кашлем, и подскакивала в постели.
Стояла темень, никого рядом. Сорочка на Мире насквозь мокра от пота. Девушка стаскивала ее, голая куталась в одеяла, омерзительно сырые на ощупь. Сырые, как рассол. Как погреб. Вокруг темно, будто в бочке. Да, это бочка: доски вокруг, крышка над головой. Но странным образом Мира видела, что рядом стоят другие бочки, а в них — другие люди. Линдси. Джейн. Адриан. Отец.
Ее отец. В бочке. В рассоле.
Она кричала и металась, пыталась разбить доски, опрокинуть, вырваться… От этого темень становилась только глубже, плотнее. Никого больше не видно, кроме отца. Глазницы пусты, лицо изуродовано. Его нельзя узнать, Мира только чувствует, что это — отец.
— Нет, нееет! Помогите!..
Кто поможет? Она в бочке, в одной из многих в ряду. А вдоль ряда прохаживается Мартин Шейланд в красном кафтане, похожий на бубнового короля. И кто-то спрашивает:
— Как дела, бубновый? Все по плану?
Мартин оглядывается. Мира оглядывается. Там, в конце погреба, стоит Эрвин Ориджин. Мятежник. Держит за шею свою сестру.
— Сложно идет, — говорит Мартин. — Плох материал. Попалась одна Янмэй, и та больная.
— Держи, попробуй с этой!
Эрвин швыряет ему Иону, будто куклу. Мартин сует ее в бочку, Иона успевает крикнуть:
— Нет, милый братец! Не отдавай меня! У тебя сильный жар!..
Причем тут жар?.. К чему это?..
Но голос повторяет:
— Да, жар сильный. Сейчас мы поставим припарочку…
Ей на лоб ложится мокрая марля. Мира корчится от озноба, заходится в кашле. Видит лекаря. Это явь?..
Да, и не только это. Эрвин, злодей из кошмара, он тоже был явью. Кто, как не он, стоит за всем? Теперь это ясно, как день. Если бы не болезнь, Мира поняла бы намного раньше! Эрвин нанял братьев Шейландов. Для него они ведут идовы эксперименты, по его указке ищут снадобье бессмертия. Вот в чем секрет самонадеянности Эрвина: он станет бессмертным! Ни искра, ни Персты уже не будут ему страшны!
А Иона… бедная благородная Иона — только жертва. Он отдал сестру Шейландам в оплату за их жуткие труды. Боги!.. Нужно спасти ее!
И Мира вскакивает с постели, бежит, бежит меж рядами бочек. Не успела с Линдси, но успеет теперь. Скидывает крышки одну за другой, ищет Иону, видит гниющие трупы. Один из них — отец. Он поднимается из бочки, тянет руки к дочери, хочет обнять.
— А-аа! А-аааааа!
Мира отлетает назад и падает, споткнувшись. Кто-то подхватывает ее.
Эрвин. Красивый, изящно одетый. Горячий, полный жизни. Чужой жизни, высосанной из сотен жертв!
— Хочешь, Мия, я подарю тебе престол? — сладко шепчет он. — А хочешь, весь мир? Только один поцелуй — и все на свете будет твоим.