С таким же теплом в голосе он мог бы поприветствовать волчью стаю зимней ночью. Однако Джемис был мрачен весь последний месяц, так что графские мечи не ощутили особой разницы.
— Благодарим за гостеприимство.
Воины прошлись по судну, запоминая расположение кают, трюмных люков, лестниц. После Хедин вновь подкатил к Джемису:
— Кайр Лиллидей, не дадите ли взглянуть на Предмет?
— Не дам.
— Мы все рисковали жизнями за Рекой, и эта штуковина — наш единственный трофей. Не справедливей ли будет…
— Предмет — собственность герцога, — отрезал Джемис.
Хедин хотел еще сказать, но серый пес кайра Джемиса издал гортанный рык, и пришелец удержал язык за зубами. Марк вмешался в беседу:
— Кайр Джемис, а как на счет моей просьбы? Матросы поднимают якоря, ничего неожиданного уже не может случиться. Ради лорда Ориджина, дайте побеседовать с Гвендой.
— Начни с козлика, — сказал кайр.
Гвенда, что была как всегда рядом, метнула в Марка быстрый взгляд и попросила:
— Я хочу. С меня начни.
— Ты хочешь, чтобы он тебя допросил? — удивился Джемис.
— Хочу говорить. Первой. Начните с меня.
— Ну ладно, раз просишь…
Кайр Хедин встрепенулся:
— И я буду присутствовать на допросе.
— Не будете, — покачал головой Марк.
— Ты мне указываешь⁈
— Нет, всего лишь пользуюсь логикой. Гвенда боится вас, как тьмы. При вас не станет говорить.
Джемис подтвердил это, а Стрелец не то зевнул, не то ощерил зубы. Хедин отступил.
На «Тюлене» Гвенде досталась целая каюта — прежде ее делили два кайра, что пропали за Рекой. Марк и пленница вошли в комнату, Марк запер дверь на засов. Усадил Гвенду на койку, сам расположился рядом. Допрашивая женщину, лучше сидеть не напротив, а сбоку. Гвенда повернулась к Ворону: пол-лица закрыто сальными патлами, левого глаза не видать, правый блестит, как монета.
— Что хочешь от Гвенды?
— Кхе… — Марк усмехнулся. — Расслабься, красотка, ничего я такого не хочу.
— Я и не думала. Знаю, спрашивать хочешь. Спрашивай.
— Хм. У меня к тебе, Гвенда, всякие вопросы были… Но теперь на ум лезет один: почему ты так торопишься?
— Не тороплюсь. Есть хочу. Поговорим — и поедим. Да?
— Конечно.
— Гвенду накормят?
— Еще бы.
— Здесь накормите, или куда-то идти?
— Как захочешь.
— Хочу здесь. Никуда не ходить. Можно?
— Можно, можно.
Гвенда скинула башмаки и залезла на койку с ногами. Ворон поморщился против воли. Хохотнул:
— Ну, ты и пахнешь, прелестница! Никакой парфюм не нужен. Скажи, ты хоть когда-то мылась?
— Не знаю. Не помню…
— Наверное, еще до форта, да?
— До форта?
— Ты за Рекой жила в форте — в здоровенном таком срубе с башнями. А до него?