Сержант сказал:
— Вот так да!..
Лосось буркнул:
— Твою Праматерь.
Билли ухмыльнулся:
— Везет же дезертирам!.. Может, и мне говорить, будто я из Альмеры сбежал? Глядишь, меня тоже назначат большой шишкой!
Весельчак покачал головой:
— Я-то думал, тебе гробки… А оно вон как повернулось. Дела…
Даже кайр-наставник увидел Джоакина. Скользнул по нем равнодушными блеклыми глазами:
— Не больно зазнавайся. Ты получше многих греев, но до кайра тебе далеко. Вряд ли стоишь герба, который носишь.
— Хм, — только и ответил Джоакин.
В душе царила благость, спорить не хотелось. Но теперь он чувствовал себя в праве поспорить с кайром, и это само по себе было приятно. Джо вспомнил слова леди Аланис и сказал:
— Кайр, мне позволено взять на службу оруженосца. Не возражаете, если выберу одного из ваших подопечных?
Северянин ухмыльнулся и махнул рукой: бери хоть всех, мне же легче. Джоакин осмотрел товарищей — кого же выбрать? Уперся глазами в недоуменно мрачную рожу Весельчака и тут же принял решение. Возьму его, пускай хоть раз ему судьба улыбнется! Пусть знает, что не все в жизни гробки да лопатки!
— Весельчак, будешь моим оруженосцем?
Тот поскреб в затылке, поморгал, плюнул на сторону и ответил:
— А чего нет? Хуже-то не станет.
— Значит, с этой минуты ты — мой оруженосец! — провозгласил Джоакин.
Кайр, видевший сцену, захохотал:
— Ты бы у него присягу принял, что ли! Хотя какая у мужиков присяга… Имена хоть назовите.
Посрамленный, Джо увел Весельчака в сторону, подальше от северных глаз, а там спросил:
— И правда, как тебя величать-то?
— Максимиан, сын Исидоры и Леопольда. Поп в нашем селе — большой выдумщик…
— Буду звать Весельчаком.
— Ага, так оно и лучше. А мы это… кому служить будем?
— Леди А… — начал Джо, но спохватился: это тайна, как ни крути, а язык Весельчака еще не испытан на сдержанность. — Одной леди.
— Леди?.. Это скверно.
— Почему?
— Журавлики — село мое — принадлежат лорду. Он живет, понятно, в замке, а к нам наезжает залетами. Если один приедет или с лорденышами — то ничего, стерпеть можно. Ну, орать станет, кого-нибудь поколотит, у кого-то поросенка отберет, старейшине в шапку плюнет — а так обычный мужик, без этих вот… Но если приедет со своей леди, то злющий будет, как цепной кобель, хоть в погреб хоронись. Вот я и думаю: одна беда от этих ледей, никакой жизни.
— Наша леди не такая! — отрезал Джо.
— Ох, Дезертир, помяни мое слово: доведет она нас до гробков-досточек. Накроемся земелькой еще быстрее, чем остальные бедолаги.
— Значит, так, — строго предупредил Джоакин. — Запомни два правила. Первое: не зови меня больше дезертиром. Я — Джоакин Ив Ханна с Печального Холма. Ну, можно просто Джоакин. И второе: никогда не говори мне про гробки, лопатки, досточки, земельку и все прочее! Я на жизнь иначе смотрю. Когда придут гробки, сам увижу, без твоей подсказки. А до тех пор хочу жить с радостью и удовольствием. Запомнил?