В столовой я почти машинально занял привычное место рядом с Егором и Бельским. Староста выглядел бодрым, словно вчерашний день вовсе не выбил его из привычного ритма, и с ходу сообщил, что сегодня нас впервые отправят на совместную практику за пределами учебных аудиторий. По его словам, многие первокурсники ждали именно этого момента с самого поступления, потому что бесконечные упражнения с Потоком постепенно начинали действовать на нервы даже самым терпеливым. Кто-то за соседним столом тут же громко заметил, что если практика окажется такой же спокойной, как вчерашняя калибровка, он лучше сразу пойдет обратно в общежитие. Несколько человек рассмеялись, но смех получился каким-то осторожным. После событий в Башне даже самые дерзкие шутки будто потеряли прежнюю легкость.

Бельский почти не участвовал в разговоре. Он спокойно ел, иногда переводя взгляд на окно, за которым медленно оживал внутренний двор Академии, и производил впечатление человека, который думает совсем не о предстоящих занятиях. В какой-то момент наши взгляды встретились. Александр едва заметно кивнул, словно здороваясь не за сегодняшним завтраком, а продолжая вчерашний разговор, который так и остался незавершенным. Я ответил тем же коротким кивком и неожиданно понял, что теперь невольно начинаю внимательнее присматриваться к каждому его слову и движению. После Башни Потока ощущение общей тайны между нами стало сильнее, хотя никто из нас не произнес об этом ни единого лишнего слова. Именно это молчаливое понимание почему-то настораживало гораздо больше любых открытых признаний.

После завтрака группу впервые не повели в знакомые аудитории. Вместо этого Виктор Андреевич вывел первокурсников за пределы центрального корпуса, к большой открытой площадке, окруженной каменными стенами с десятками следов от старых заклинаний. Земля под ногами была утрамбована настолько плотно, что напоминала отполированный гранит, а по краям арены располагались металлические стойки с тренировочными кристаллами, защитными барьерами и странными механизмами, назначение которых я пока не понимал. Здесь уже занимались несколько старших курсов. Одни отрабатывали боевые связки, другие работали с Потоком на скорость, а в дальней части полигона кто-то одним движением отправил тренировочный манекен в полет метров на двадцать. Атмосфера резко отличалась от спокойных залов Академии. Здесь чувствовалось, что магия существует не только для изучения, но и для того, чтобы выигрывать.

Виктор Андреевич дождался, пока все соберутся полукругом, и сразу предупредил, что сегодня никто не будет измерять силу Потока или искать идеальную технику управления энергией. По его словам, самая распространенная ошибка молодых магов заключалась вовсе не в недостатке таланта. Почти каждый первокурсник считал себя центром любого сражения, хотя настоящие бои выигрывались совсем иначе. Маг, не умеющий работать вместе с другими, представлял опасность не только для противника, но и для собственной команды. Именно поэтому сегодняшнее занятие посвящалось взаимодействию, а не личному мастерству. После этих слов преподаватель неожиданно улыбнулся и добавил, что большинство студентов ненавидят именно эту практику сильнее остальных, потому что здесь становится слишком хорошо видно, кто действительно умеет думать, а кто привык полагаться исключительно на свою силу.