— Цел? — раздался спокойный голос Ланге.

Я повернулся к магистру и машинально провел рукой по плечу, куда меня несколько секунд назад буквально впечатали в пол. Болело так, будто меня переехала повозка.

— Если не считать того, что меня только что пытались превратить в украшение для стены, то вполне.

На лице Ланге не дрогнул ни один мускул.

— Хорошо.

— Хорошо? — переспросил я. — Это сейчас у нас считается хорошим днем?

— Ты жив.

После этих слов спорить стало неожиданно трудно.

Командир императорской стражи подошел к нам быстрым уверенным шагом. Его темный плащ был разорван на плече, а на лезвии клинка медленно таяли алые искры Потока. Только сейчас я заметил тонкую полоску крови на его щеке. Он будто вовсе не обращал на нее внимания.

— Следов нет, — коротко доложил он Ланге. — Работал один. Подготовился заранее. Маршрут отхода был продуман.

— Почерк узнаешь?

Командир на секунду задумался.

— Нет.

Эти два слова прозвучали гораздо тревожнее любого длинного объяснения.

Ланге молча посмотрел на разрушенную колонну, затем перевел взгляд на пробоину в дальней стене. Казалось, он складывал в голове картину произошедшего, замечая детали, которых остальные просто не видели. Наконец он тихо произнес:

— Он пришел не проверить охрану.

Командир кивнул.

— Он пришел убить.

Наступила короткая тишина.

Мне почему-то стало очень неуютно от того, что эти двое обсуждали мое возможное убийство с таким спокойствием, будто говорили о завтрашней погоде.

— Простите, что вмешиваюсь, — сказал я. — Но нельзя ли хотя бы сделать вид, что это ненормальная ситуация?

Командир впервые посмотрел прямо на меня. Его взгляд оказался неожиданно спокойным.

— Для тебя — ненормальная.

Он сделал короткую паузу.

— Для людей вроде нас — работа.

Я невольно усмехнулся.

— Знаете… почему-то именно эта фраза пугает сильнее всего.

Ланге медленно повернулся ко мне.

— Максим.

— Да?

— С этой минуты ты больше не останешься один ни на минуту.

Я хотел пошутить, что наконец-то стану популярным.

Но почему-то шутка так и не пришла в голову.

Вокруг постепенно становилось шумнее. Целители уже командовали преподавателями, требуя освободить место для раненых, охрана Академии перекрывала проходы, а кто-то из студентов пытался объяснить всем сразу, что именно видел во время нападения. Судя по количеству разных версий, убийц было от одного до пятидесяти, а некоторые очевидцы вообще утверждали, что нападавший исчез, растворившись в собственной тени. Люди всегда удивительно быстро превращают страх в слухи.

Я присел на край перевернутой скамьи и осторожно потер плечо. Боль постепенно становилась тупой и терпимой, зато голова работала все хуже. За последние сутки я успел получить Нулевую лицензию, стать местной сенсацией и пережить покушение. Для полного счастья не хватало только узнать, что завтра экзамен по теории Потока.