— Ты еще шутишь, — неожиданно произнес Ланге.

— Пока получается.

— Значит, в сознании.

— А были сомнения?

Он едва заметно усмехнулся.

— После сегодняшнего дня — появились.

Командир императорской стражи подошел к одному из офицеров, тихо выслушал доклад и кивнул. Затем впервые за все время внимательно посмотрел на меня. Не оценивающе, не с подозрением, а так, словно пытался запомнить лицо человека, которого теперь придется охранять.

— Усильте внутренний периметр, — приказал он. — Никого не выпускать без проверки.

— Даже преподавателей?

— Особенно преподавателей.

Несколько человек заметно напряглись.

Мне стало как-то не по себе. Если раньше происходящее казалось покушением на студента, то теперь оно все больше напоминало начало большой игры, в которой никто никому не доверяет.

— Максим.

Я обернулся на незнакомый голос.

К нам неспешно приближался молодой мужчина лет тридцати. Простая темная форма преподавателя сидела на нем так аккуратно, будто ее только что выгладили. На его лице не было ни тревоги, ни спешки, ни привычной для остальных суеты. Он остановился в нескольких шагах, бегло осмотрел разрушенный зал и лишь потом перевел взгляд на меня.

— Рад, что ты цел.

— Мы знакомы?

— Пока нет.

Он спокойно протянул руку.

— Кассий. Веду в Академии курс стратегического мышления.

Я пожал ему руку.

— Максим.

— Уже наслышан.

— Надеюсь, не только плохое.

Уголки его губ слегка дрогнули.

— Хорошие новости распространяются медленнее. Особенно в Академии.

Не знаю почему, но впервые за последние десять минут мне стало немного спокойнее. В отличие от большинства людей вокруг, Кассий не пытался меня рассматривать как диковинку, не задавал глупых вопросов и не изображал сочувствие. Он разговаривал так, словно мы встретились после обычной лекции, а не посреди разгромленного зала.

— Полагаю, это был не лучший день для знакомства, — сказал он.

— Поверьте, у меня бывали и хуже.

— Сомневаюсь.

Я хотел ответить, но нас прервал один из стражников.

— Магистр Ланге, прибыл приказ из Императорской канцелярии.

В зале сразу стало тихо.

Ланге молча взял плотный черный конверт с золотой печатью. Несколько секунд он смотрел на герб, будто уже понимал, что находится внутри. Затем сорвал печать, быстро пробежал глазами текст и впервые за все время нахмурился.

— Что случилось? — спросил я.

Он медленно сложил письмо и поднял на меня взгляд.

— Похоже, Максим… твой сегодняшний день еще даже не начался.

Ланге аккуратно сложил письмо и убрал его во внутренний карман мантии. Он не выглядел удивленным, но в его глазах появилось что-то новое — настороженность человека, который только что получил подтверждение самым неприятным догадкам. Командир стражи сделал шаг ближе, ожидая распоряжений. Остальные тоже невольно притихли, словно понимали: сейчас прозвучит не обычный приказ.