Я только успел застегнуть форменный китель, когда в дверь уверенно постучали. На пороге стоял Егор Соколов, однако выглядел он совсем не так спокойно, как накануне вечером. Под мышкой по-прежнему находилась неизменная папка с документами, но теперь она заметно распухла от количества новых распоряжений, а в руках он держал несколько сложенных списков, исписанных мелким аккуратным почерком. Он устало улыбнулся и признался, что рассчитывал сегодня показать мне столовую и библиотеку, однако Академия неожиданно решила изменить его планы вместе с планами всех остальных.

По дороге к центральному корпусу Егор коротко рассказал о ночных событиях. Поздним вечером в канцелярию Академии поступил новый Императорский указ, после которого дежурных подняли прямо среди ночи, преподавателей начали срочно отзывать из отпусков, а старост обязали встречать первокурсников, прибывающих вне первоначального графика. Никто не получил объяснений, никто не пытался спорить с приказом, потому что подпись Императора оставляла слишком мало пространства для вопросов. По словам Егора, за четыре года обучения он впервые видел, чтобы Академия настолько резко меняла собственный распорядок.

— Самое странное даже не это, — задумчиво сказал он, пока мы пересекали широкий внутренний двор. — Академия умеет работать быстро, если потребуется. Но раньше поводом становились пожары, эпидемии или стихийные бедствия. Сегодня ничего подобного не произошло. Просто ночью вся Империя одновременно решила, что времени стало значительно меньше.

Его слова заставили меня невольно вспомнить разговоры Кассия и Виктора. Тогда они тоже говорили о том, что кто-то начал двигать фигуры на огромной шахматной доске, хотя большинство людей этого еще не замечало. Теперь эти движения перестали быть разговорами в закрытых кабинетах. Они добрались до Академии, изменили привычный порядок и заставили сотни людей срочно перестраивать собственную жизнь. Впервые последствия решений Императора ощущались не только во дворце, но и здесь, среди студентов, преподавателей и старых башен, которым, казалось, было совершенно безразлично, что происходит за пределами их стен.

Когда мы вошли в главный зал, я невольно замедлил шаг. Огромное помещение, вчера казавшееся почти пустым, сегодня было заполнено людьми. На широких ступенях и между рядами уже стояли десятки первокурсников, многие из которых прибыли всего несколько часов назад. Одни тихо переговаривались между собой, другие молча рассматривали высокие своды и знамена Академии, а кто-то пытался скрыть волнение за показным спокойствием. В этом шуме, полном ожидания и неизвестности, неожиданно растворилось ощущение собственной исключительности. Здесь каждый начинал новую жизнь, и Нулевая лицензия уже не делала меня единственным человеком, которому предстояло пройти через первое испытание.