Компания, как мы видим, собралась более чем солидная. Перевес сил мог быть и большим, если бы не сволочной (извините, но другое слово подобрать сложно) характер нашего Васеньки.

Дело в том, что, когда Косой еще терзал сопротивляющийся Устюг, в Москву прибыл Дмитрий Шемяка. Средний сын Галицкого князя все это время сидел в своем Угличе, и ни в какие разборки не встревал, будучи занят более приятными делами. В Москву он прибыл по важному делу — звать великого князя на свою свадьбу. Наш силач собрался жениться на дочери удельного князя Дмитрия Заозерского Софье.

И тут нашему московскому невротику вдруг примерещилось, что Шемяка намерен изменить и переметнуться к старшему брату. Поэтому вместо поздравлений он, не мудрствуя лукаво, повелел Шемяку схватить, и бросить в темницу. Несостоявшегося молодожена быстренько оправили «в железо» , и заточили в каменном мешке в Коломне.

Если честно, иногда дурость и подлость моего героя меня просто шокирует. Да что меня — даже явно не любивший галицкое семейство Карамзин, и тот должен был заметить:«Злобясь на его брата, Василий оковал Шемяку цепями и сослал в Коломну. Действие столь противное чести не могло быть оправдано подозрением в тайных враждебных умыслах сего Юриева сына, еще не доказанных и весьма сомнительных [2] » .

Действительно, предположения некоторых историков в стиле «по-видимому, в данное время Василий Юрьевич поддерживал связь со своим братом Дмитрием Шемякой» не выдерживают никакой критики. Это каким же надо быть идиотом, чтобы накануне собственной свадьбы не только ввязаться в заговор, но еще и отправиться после этого в Москву — добровольно и в одиночку!

Так или иначе, ничего хорошего своей подлостью Васенька не выгадал. Скорее наоборот — узнав о вероломном пленении своего господина, весь «двор» Шемяки снялся и в полном составе отправился под знамена Василия Косого. Когда тот, расправившись с устюжанами, до начала весенней распутицы успел привести свое войско в Вологду, там его ждал приятный сюрприз — порядка полутысячи всадников «княжи Дмитреевы братки [3] » во главе с воеводой Акинфом Волынским. Узнав об уходе воинов Шемяки, Василий понял свою ошибку и попытался «отыграть назад» — по его приказу Шемяка был освобожден от оков и смог жить в Коломне на положении «расконвоированного». Но это ничего не изменило.

И та, и другая рать уже были собраны, и теперь судьба московского княжества должна была решиться в большом сражении.

Решающая битва произошла 14 мая 1436 года где-то в окрестностях Ростова. Незадолго до этого Косой в очередной раз продемонстрировал редкостную самоуверенность. Своего московского кузена он, похоже, искренне презирал, и в победе над ним не сомневался, поэтому, дождавшись ледохода и перейдя Волгу, он (накануне генерального сражения!) разделил свои силы. Изрядная часть рати Косого — 400 вятичей — ушла вверх по Волге к Ярославлю. Московская разведка, впрочем, тоже не дремала, и на перехват была отправлена изрядная дружина, во главе которой защищать свои земли отправился ярославский князь Брюхатый. Но если для московской рати эта потеря была малосущественной — людей и без того хватало, то невеликие силы Косого уход ударной группировки изрядно обескровил.