Теперь и те, и другие могли со-существовать, жить рядом. А вот продолжительность этого периода зависела уже от множества причин. Соглашение могли разорвать земледельцы, почувствовавшие, что накопили достаточно сил для того, чтобы встать с колен и дать в зубы. Оно могло быть нарушено и по вине кочевников — номады народ вольный, и стоило лишь немного ослабнуть стальной воле хана, державшего их в узде, как они тут же принимались «баловать». И чем слабее становилась власть — тем более частыми и многочисленными были набеги.

Ордынская власть была твердой, шутить не любила, поэтому русские княжества долгие десятилетия жили относительно спокойно. Русские земли знали карательные экспедиции татарских войск — что было, то было. В основном — после проблем с выплатой дани, ни один рекетир не любит, когда «крышуемые» его кидают. Были и любители пограбить — как без них? Ни одно самое сильное государство не в состоянии окоротить и успокоить все отчаянные головы. Но, как правило, это были так называемые «бешбаш», в дословном переводе: «пять голов» — по числу участников налета. То есть — весьма немногочисленные шайки во главе с каким-нибудь забубенным мурзой, щиплющие добычу «по мелочи». И хотя набеги этих «бешбашенных» (кстати, русский жаргонизм — именно оттуда) наглецов изрядно досаждали русским князьям, по большому счету претензий к соседям у них не было — вся эта самодеятельность была явно за рамками договора.

Вы можете сказать — ну ладно, богатые страны вроде Китая или Персии. А на Руси-то что грабить? Ты же, почтенный автор, сам не так давно приводил опись имущества не кого-нибудь, а князей русских — и те чуть позажиточнее сегодняшнего креакла жили. А уж у крестьян-то безпортошных чего брать было?

Ну как чего? Их самих и брать.

Люди в условиях Средневековья, при тогдашней незаселенности планеты — огромное богатство. Зачем тебе жалованные земли, если на них некого«посадить» , если землю некому обрабатывать? За людьми шла постоянная охота во всех странах мира, и именно люди, прежде всего — дети, и приманивали на Русь степных грабителей.

Как проистекала эта охота за живым товаром? Достаточно буднично. Каждый из участников брал с собой трех коней, доспехи и корм. Если кочевник был слишком беден, чтобы иметь двух«заводных » коней — не беда. «Средства производства» всегда можно было взять взаймы у состоятельных соплеменников и рассчитаться за аренду с добычи. Как писал свидетель последнего набега крымских татар (на Подолье, в середине XVIII в.) барон де Тотт, арендатор обязывался «по контракту своим кредиторам в положенный срок заплатить за одежду, оружие и живых коней — живыми же, но не конями, а людьми. И эти обязательства исполнялись в точности, как будто бы у них всегда на задворках имеются в запасе литовские пленники» . Очень показательно, что в своем презрении к «земляным червям» оружия в набег кочевники почти не брали, ограничиваясь саблей и не более чем двумя десятками стрел, но непременно в избытке запасались ремнями для пленных. Тихо, скрадываясь как звери, пробирались к жилым местам, и, взяв полон, тут же оттягивались в родные степи.