Но справедливости ради замечу, что Улу-Мухаммед, как и все тогдашние татары, вряд ли был столь уж истовым мусульманином. Прошло чуть более века с тех пор, как хан Мухаммед Узбек объявил ислам государственной религией Золотой Орды. Магометанство еще просто не успело пустить глубокие корни среди недавних язычников, почитателей Небесной Синевы — Тенгри. И то, что массово переходящие на русскую службу татары столь же массово, если не сказать охотно, крестились — косвенно это подтверждает.

К тому же среди кочевников Великой Степи эта монотеистическая религия вообще укоренялась довольно плохо. Среди оседлых народов — хорошо, а среди номадов — плохо. Не все знают, например, что после окончательного присоединения Казахстана к Российской империи царское правительство приняло беспрецедентное для государства, где православие было государственной религией, решение. Империя принялась укреплять в Казахстане… ислам. Как выяснилось, даже в XIX веке религиозные убеждения казахов и киргизов были, мягко говоря, не очень сильны. Повсеместно и те, и другие проводили похороны, свадьбы и другие религиозные церемонии согласно своим старым шаманским традициям. Знаменитый Чокан Валиханов оценивал религиозность своих соплеменников достаточно жестко:«Мусульманство еще не въелось в нашу плоть и кровь. Оно грозит нам разъединением народа в будущем. У нас в Степи теперь период двоеверия, как было на Руси во времена преподобного Нестора [2] » . Русские сочли, что монотеистическая религия гораздо предпочтительнее язычества и на уровне государственной политики занялись укреплением «агарянской веры». После чего православные колонизаторы занялись строительством мечетей и формированием корпуса духовных служителей из поволжских татар.

Дело в том, что найти грамотных мулл на месте было проблемно, поэтому правительство всячески стимулировало переселение на казахские и киргизские земли грамотных и глубоко религиозных казанских татар, которые и должны были воспитать должным образом своих братьев по вере. Политика эта, надо сказать, оказалась довольно успешной, тот же Валиханов отмечал:«Под влиянием татарских мул… народность наша все более и более принимает общемусульманский тип [3] » .

Ну и третье обстоятельство, позволяющее если не поверить, то хотя бы счесть поступок Улу-Мухаммеда возможным, заключается в том, что старый хан находился на русских землях. Более того — он намеревался здесь и остаться. А почти забывшиеся сегодня понятия «наша земля» и «не наша земля» влияли на человека Средневековья очень и очень серьезно. Но здесь нам без долгого рассказа не обойтись. Давайте, пока московское войско движется к провинциальному Белеву, поговорим немного на тему «Зачем нам, поручик, чужая земля». Тем более что проблема эта вскоре станет для моих героев весьма злободневной.