Она остановилась в шаге от него.
— Но сейчас ты знаешь.
Райнер молчал. Губы его дрожали.
— И теперь, — Нина повысила голос так, чтобы ее слышали все — король, герцог, гости, слуги, — я требую развода.
Тишина стала плотной, как стена.
— Я, баронесса Нинель фон Торн, урожденная фон Гран, перед лицом короля, перед лицом Всеблагих Заступников и всех честных людей заявляю: я не хочу быть женой этого человека. Он предал меня, бросил, оставил на растерзание мерзавцам. Он не защищал меня, не заботился обо мне, не выполнил ни одного из своих супружеских обязанностей. А его любовница только что пыталась меня отравить.
Она перевела дыхание.
— Я требую развода. И если закон не позволит мне его получить — я уйду в монастырь. Но с ним я жить больше не буду.
Король молчал.
Райнер замер, как громом пораженный, и не мог вымолвить ни слова.
А Нина стояла перед ними — в серебристом шелке, с горящим амулетом на груди, с чашей отравленного вина в руке — и ждала ответа.
— Баронесса, — сказал король наконец. — Ваша просьба не может быть решена сию минуту. Церковь, закон, семья… Это долгий процесс… Но я лично походатайствую перед епископом.
— Я готова ждать, ваше величество.
— Но вы правы в одном, — король посмотрел на Райнера. — Ваш муж не выполнил свой долг. А его мать… — он помолчал. — Его мать ответит за свои поступки. Я позабочусь об этом.
Он протянул Нине руку.
— А вы, баронесса… вы сегодня проявили удивительное мужество. Я не забуду этого.
Нина поцеловала королевский перстень.
— Благодарю, ваше величество.
Она выпрямилась, обвела взглядом зал — гости смотрели на нее с уважением, страхом, восхищением — и медленно, не торопясь, вышла.
Лизхен побежала за ней.
А герцог смотрел ей вслед, и его сердце колотилось, как сумашедше.
Она сделала это.
Она сказала это при всех.
Она потребовала развода.
И он понял, что теперь не сможет думать ни о ком, кроме нее.
ГЛАВА 26
В этот же день Нина вернулась в Гранфельд.
На следующее утро она встала пораньше, позавтракала и принялась за работу.
Еще вчера она стояла перед королем с чашей отравленного вина в руке, требовала развода и чувствовала на себе взгляды всего двора. А сейчас снова глина, печи и учетные книги. И еще Лизхен, которая при каждой возможности шептала: «Госпожа, вы были великолепны».
Нина отмахивалась.
— Я просто хотела выжить, Лиззи. И спасти тебя.
Но Лизхен не унималась.
— Вы потребовали развода при короле! Это… это… я даже слов таких не знаю.
Нина усмехнулась.
— Дерзость. Это называется «дерзость».
К вечеру пошел дождь.
Нина стояла у окна в своей комнате, смотрела на серое небо и пыталась собраться с мыслями. Райнер должен был быть уже на пути в столицу. Элеонору король выслал под домашний арест. Хелен пока ничего не знала о допросе Марты. Но узнает. И тогда…