— Это просто книги, Мира. Многие из них я знаю наизусть.
Я непонимающе покачала головой, не веря его спокойствию.
— Мне так жаль…
Карион сделал шаг ко мне, и его взгляд стал мягким, почти невыносимым в своей доброте.
— Это не то, из-за чего стоит себя корить. Все в порядке, правда.
Я задумалась, смотря на него.Может, Источник и впрямь что-то с ним сделал? Тот Карион, которого я знала, сейчас бы рвал и метал, его глаза почернели бы от ярости. А этот… этот был спокоен. И даже успокаивал меня.
Карион ухмыльнулся, и в его глазах снова появился знакомый озорной огонек.
— А вот поесть нам бы не мешало. Значит, нужно ловить дичь.
Я протестующе замахала руками, представляя себе кровавую сцену.
— Я не хочу этого видеть!
Он скрестил руки на груди и выгнул одну бровь, бросая мне вызов.
— Предлагаешь оставить тебя одну?
Я пожала плечами, стараясь выглядеть беззаботнее, чем была на самом деле.
— Не знаю. Думаешь, Миада устроила погоню за нами?
Карион кивнул в сторону моего котика, и на его губах снова заплясала та самая ухмылка.
— Ну, смотря какое представление им устроил этот… темный дух…
После его слов кот, до этого наблюдавший за птицами, подошел ко мне и уселся рядом, вытянувшись в струнку с видом полного достоинства. Я посмотрела в его горящие красные глаза, в которых плескалась вся мудрость и мощь темных сил.
— Ну-ка, признавайся, сильно их напугал?
Кот приподнял уголки губ, и в его выражении проскользнуло что-то настолько человеческое и шкодливое, что я рассмеялась. Он был явно доволен собой и произведенным эффектом.
— Мой фамильяр, — с нежностью прошептала я и наклонилась, чтобы погладить его по шелковистой шерсти.
Кот блаженно выгнул спину, заурчал, но его алый взгляд был прикован к Кариону. И в этом взгляде читалось торжество и легкое презрение. В ответ Карион скривился, будто ему неприятно было даже смотреть на эту идиллическую сцену, и громко фыркнул.
* * *
Карион
Я смотрел на этого черного демона, который устроился у ее ног, как домашняя кошка, и чувствовал, как по коже бегут мурашки. Я представил, как выпускаю когти, вонзаю их в эту бархатную шкурку и разрываю ему грудь, чтобы посмотреть, бьется ли там вообще что-то, кроме злобы и серного пепла.
В голове тут же послышался нагло ухмыляющийся скрежет.
— Что стоишь, как вкопанный? Иди лови завтрак. Мира-то голодная, вообще-то.
— Иди к черту, — прорычал я мысленно, вкладывая в эти слова всю накопившуюся ярость.
Демон расхохотался, и этот звук был похож на скрип ржавых ворот.
— Да я прямо от него и пришел. А теперь иди, не стой над душой. Я пригляжу за ней.