— Шар света, — и моя ладонь вспыхивала мягким сиянием, рассеивая тени в углах комнаты, а затем энергия сгущалась, преобразовываясь в идеальную, послушную сферу.
— Прилив сил, — и магия струилась по венам, наполняя мышцы стальной упругостью, обостряя чувства. Я слышала биение своего сердца как далёкий барабанный бой.
— Концентрация, — и мир вокруг замирал, сужаясь до одной точки, куда я училась направлять неукротимый поток энергии.
А потом… он заговорил о тёмной магии. Карион объяснял сжато, но я запомнила главное:
— Это тоже защита. Она может спасти жизнь, хоть иногда и требует жертв.
И вот я уже стояла перед зеркалом, нанося сурьму тонкой, уверенной линией по веку. Взгляд сразу стал глубже, ярче, в нём появилась несвойственная мне прежде твёрдость. Волосы, собранные в высокий пучок, и несколько прядей, обрамляющих лицо.
— Давай, Мира. Ты справишься… — прошептала я отражению, заставляя уголки губ дрогнуть в подобии улыбки.
В дверях появился Карион.
Чёрная рубашка, облегающая мощный торс, подчёркивала каждую линию его тела. Простые чёрные брюки, но на нём всё это выглядело безупречно и по-боевому строго.
— Готова? — он протянул руку.
Я приняла её, ощущая под пальцами твёрдые мозоли.
— Готова! — твёрдо ответила я.
Карион посмотрел вниз на кота и ухмыльнулся:
— Может, тебя тоже украсить, например ошейником с серебряными бубенчиками?
Кот встал на дыбы и зашипел, а я рассмеялась, представив демона из сна в таком унизительном аксессуаре. И с этим нелепым образом и внезапно нахлынувшей лёгкостью мы вышли на залитые вечерним светом улицы Двора Неба.
Каждый дом, каждый камень, каждый уголок города преобразился, словно попав в сказку. Суровые каменные стены, обычно нависавшие мрачной громадой, теперь утопали в гирляндах из живых цветов — алых, словно капли крови; лазурных, как само небо; золотистых, будто пойманные в лепестки лучи солнца. Их нежные головки трепетали на лёгком ветерке, смешиваясь с развевающимися шёлковыми лентами, которые, словно живые реки цвета, обвивали балконы и оконные проёмы. Создавалось ощущение, будто сам Двор, обычно такой строгий и сдержанный, вздохнул полной грудью, расправил плечи и ожил, готовый к чуду.
Воздух буквально звенел, наполненный волнением и сладким предвкушением — сегодня юные каулы впервые расправят свои могучие крылья и устремятся в небеса. Это ожидание витало повсюду, щекотало нервы, заставляя сердце биться чаще.
Мы шли бодрым шагом, и хотя путь был недолог, каждый мой шаг казался наполненным магией, будто я шла не по камню, а по рассыпанным звёздам. Ворота замка, украшенные сложными венками из серебристых, мерцающих ветвей, были распахнуты настежь, но не оставались без защиты — у входа, словно изваяния, стояли стражи в сияющих на закате доспехах. Карион шагнул вперёд, слегка кивнув, и я повторила его жест, чувствуя, как тяжёлые взгляды стражей скользнули по моему мерцающему платью и по моей фигуре. Но их лица оставались бесстрастными, и мы беспрепятственно прошли внутрь, в сопровождении кота, который, казалось, впитывал всё окружающее великолепие.