— Рада твоему сопровождению, мой ревнивый защитник. Куда же ты дел демона?
Карион хмыкнул.
— Этот неугомонный пошёл прогуляться по улицам Двора Воды.
Я улыбнулась, чувствуя такую легкость, такую правильность всего происходящего, словно до этого и не жила вовсе.
В нашей комнате, утонувшей в мягких сумерках, я, усевшись поудобнее на кровать и притянув его к себе, взахлёб, с горящими глазами, стала пересказывать ему всё, что случилось за день. Про мерцающий шар и броню из тьмы, про уроки концентрации и про то, как я рассекла подушку когтями собственной ярости. И, конечно, с горьковатой дрожью в голосе, про Маркуса и его способность влиять на сознание. И, уже смеясь, добавила шёпотом, наклонясь к самому его уху:
— А еще они сказали, что никто здесь нас не подслушивает.
Карион слушал внимательно, его пальцы переплетались с моими, но при упоминании о Маркусе его голос стал жёстким, а в уголках губ залегла опасная усмешка.
— Значит, хвостатый ублюдок может влезать в головы. Интересно. Хорошо бы узнать, кто его отец, Инела тщательно скрывает его происхождение. Такие таланты редко берутся из ниоткуда.
— Карион, не называй его так, — взмолилась я, ладонью касаясь его щеки. — Кто-нибудь услышит и передаст правительнице. Зачем нам лишние проблемы?
— Любовь моя, — его голос стал тихим и обволакивающим, как чёрный бархат, но в нём сквозила сталь. — Он посягнул на твою безопасность. Пусть радуется, что ещё дышит. И что пока я ограничиваюсь лишь словами.
— Иногда ты совершенно невыносим! — воскликнула я, но в голосе не было ни капли злости.
С этими словами я перелегла через него, усевшись верхом на его бедрах, и, схватив его лицо в ладони, начала покрывать громкими, влажными поцелуями щеки, лоб, нос, подбородок. Он сначала сопротивлялся, подавляя смех, отворачивался, притворно ворча, но вскоре сдался и с преувеличенно покорным видом вытянул губы для очередного, уже настоящего, глубокого поцелуя.
— Ну и чем займемся, мой маленький свирепый воин? — спросил он, уклоняясь от очередной атаки и прижимая мои руки к груди.
— Как? Я разве не сказала? — сделала я наивные глаза, чувствуя, как по мне пробегает игривая дрожь.
В этот момент его брови взметнулись вверх, а во взгляде появилось настороженное ожидание.
— Нет, дорогая, не припоминаю, — ехидно протянул он, но я почувствовала, как его тело подо мной напряглось.
— Мы приглашены на ужин. К Инеле.
Карион тяжело, с явным драматизмом, вздохнул и откинулся на подушки.
— Я вроде еще не успел по ней соскучиться. Совсем.
— Ну, оставайся здесь, скряга, — нарочито серьёзно произнесла я, скрестив руки на груди, но не сходя с его колен. — Я схожу одна. Послушаю, что скажет правительница.