– О, ничуть, только запыхался ужасно. Ох, да вы весь в крови. Это ж не бык вас так отделал?
– Нет, я просто поцарапался об изгородь, – сказал Джонни, проводя рукой по лицу. – Но я потерял шляпу.
– Невелика потеря, – заметил граф.
– Попытаюсь-ка я ее забрать, – сказал Джонни, которому разжиться новой шляпой было куда затруднительнее, чем графу. – Бык вроде присмирел.
И он двинулся к перелазу.
Однако лорд Де Гест вскочил и сгреб молодого человека за шиворот.
– Лезть за шляпой! – воскликнул он. – Что за дурь на вас напала? Если боитесь простудиться, наденьте мою.
– Я ничуть не боюсь простудиться, – ответил Джонни. – Часто он так, милорд? – И Джонни кивнул в сторону быка.
– Тишайшая скотинка на свете; он всегда был как ягненочек – чистый ягненочек. Может, увидел мой красный носовой платок. – И лорд Де Гест показал, что у него и впрямь такой платок. – Но что бы со мной было, если б не вы?
– Вы бы добрались до перелаза, милорд.
– Да, ногами вперед, и меня бы несли четверо. Адски пить хочется. У вас, часом, нет при себе фляжки?
– Нет, милорд.
– Тогда идемте в дом и выпьем по стакану вина.
И на сей раз эти слова не были пустой вежливостью.
Глава XXII. Лорд Де Гест у себя дома
Граф и Джон Имс, спасшись от быка, вместе дошли до усадьбы.
– Напишите матери записку, и я оправлю ее со слугой, – сказал граф на слова Имса, что тот не может пообедать в усадьбе, поскольку его ждут дома.
– Но, милорд, я порвал брюки об изгородь, – возразил Джонни.
– Никого не будет, кроме нас двоих и доктора Крофтса. Доктор вас простит, когда услышит, как все было, а что до меня, мне дела нет, хоть бы вы сели за стол в чем мать родила. Поедете в Гестуик с доктором, так что идемте.
Имсу больше нечем было отговариваться. Он вовсе не чувствовал себя с графом так запросто, как в минуты боя, и охотнее ушел бы домой – ему стыдно было предстать перед слугами без шляпы и в порванной одежде, более того, мысли его вернулись к недавней сцене в оллингтонском саду. Однако он не посмел ослушаться графа, так что пошел с ним через лес.
Лорд Де Гест по дороге говорил мало; он устал и был немного задумчив. Из его скупых слов Джонни заключил, что больше всего графа расстроила неблагодарность быка.
– Я никогда его не дразнил и никак ему не досаждал.
– Быки же вроде опасные животные? – спросил Имс.
– Ничуть, если правильно с ними обходиться. Видимо, дело в моем носовом платке. Теперь я припоминаю, что и правда доставал его и сморкался.
Спасителя своего граф почти не поблагодарил. В первый миг после избавления он воскликнул: «Что бы со мной без вас было?» – и, видимо, счел, что Имсу и того довольно. Однако он был чрезвычайно любезен, и к тому времени, как они дошли до усадьбы, молодой человек почти радовался, что его вынудили зайти на обед.