Имя-то какое красивое. Марио-о-он. Так и хочется протянуть негромко, коснуться пальцем щеки, соскользнуть на шею и ниже, под блузку. Тьфу, размечтался. Хватит, не время.
Дальше выступал старый дед Арно Трэ, заведующий кафедрой общей теории магии. Он занудно и очень громко вещал о том, что вообще есть заклятье, и как образуются заклятья с тем самым отложенным эффектом, истинные и мнимые, сотворённые сознательно и невольные, и какие-то там ещё. Слушать его было совершенно невозможно, и Саваж осторожно глянул — как там эта выскочка. Сидит, в бумажку смотрит. А вот сейчас мы её пошевелим немного.
Он огляделся — все расслабились и занялись чем-то, кто-то дремлет, кто-то пишет записку, кто-то тихо беседует с соседом. Интересно, хватит ли у ведущего заседание профессора Рьена мощи напомнить бывшему ректору об истекающем времени его выступления?
Саваж сказал де ла Мотту: «Не теряйте, я вернусь», и тенями скользнул в предпоследний ряд. Он приметил, что возле госпожи Блуа с краю было свободное место, и проявился именно на нём.
— Госпожа Блуа, — наклонил вежливо голову. — Мне показалось, нам не дали договорить.
— Отчего же вам так показалось? Не знаю, как вы, а я сказала всё что хотела, — и смотрит так, будто сейчас в него прилетит хорошая огненная плюха.
Отлично, он любит темпераментных женщин.
— Я бы послушал вашу аргументацию.
— Не имею никакого желания вам её здесь приводить. Будет сборник материалов конференции — прочитаете. Всего хорошего, — и даже отвернулась.
— Нет, постойте. Вы не можете подтвердить свои слова? Значит, моё мнение о вас было совершенно верным, и вы попросту некомпетентны.
— Это вы некомпетентны. Не всё на поверку оказывается таковым, каким кажется на первый взгляд, — и поджала губы, бледноваты они у неё, но если их как следует целовать, то порозовеют, непременно станут ярче.
И эта яркость будет ей к лицу, что-то она и сама тоже бледновата.
— А вы, конечно же, пришли рассказать нам всем, что годами устоявшиеся теории в корне неверны.
— Я вообще не трогаю вас, и ваши теории не трогаю тоже, — сообщила она. — Буду вам весьма признательна, если и вы соизволите отстать.
Ух ты, языкастая какая! Прелесть же, невероятная прелесть. Саваж подозревал, что ест её глазами на грани приличия, но ничего не мог с собой поделать.
— Скажите, вы проверяли ваши положения на практике?
— А вы полагаете, я их просто придумала сегодня поутру и сразу же сюда с ними пришла? — ох ты, она ещё и злобно щуриться умеет, красота же!
— Я полагаю, вы недостаточно изучили вопрос, — Саваж постарался смягчить высказывание.