— В ваши времена? Вам доводилось служить? — не поверила она.
— Конечно, — пожал он плечами, расстегнув запонки и сбрасывая сорочку из тонкого полотна.
Открылась грудь почти без волос и вычурный серебряный крест — наверное, амулет.
Шагнул к ней, осторожно взял за плечи.
— Вы полагаете, ваша ванна вместит нас обоих? — нужно же всё прояснить.
— Я знаю это совершенно точно. И даже немного жалею, что некромант — потому что иначе мог бы сказать, что альтруистически помогаю вам восстановить силы. В том числе. А так мне придётся признаться, что я махровый эгоист, и просто хочу красивую женщину, — жёлтые глаза лучились радостью.
— И часто вы гуляете с красивыми женщинами в тот милый некрополь? — усмехнулась она.
— Вообще никогда, — покачал он головой. — И подумать не мог, что таким образом тоже можно обратить на себя внимание.
Что ж, у Марион пока не сложилось любовного опыта с некромантами, ни разу. Шанс испробовать? И нужно брать, пока дают?
Она коснулась пальцем его груди, обвела крест.
— Вам лучше знать, как работают ваши краны. Открывайте.
Не отрывая от него взгляда, завела руки за спину и расстегнула лифчик. Медленно сняла. Так же медленно избавилась от трусов. Вдохнула полной грудью. Дождалась, пока он тоже снимет всё, что на нём ещё оставалось, и сделала к нему шаг.
Сейчас посмотрим, что ты за зверь, профессор Саваж.
12. Внезапно завтрак
Саваж проснулся тёплым и светлым днём и понял, что ночью даже шторы не задёрнули, и теперь по постели медленно перемещается пятно солнечного света. Добралось до его подушки, разбудило. А можно ведь было и ещё поспать.
Прекрасная Марион спала рядом, одной рукой обхватив его поперёк груди, а вторую затолкав под подушку. Нос её сопел куда-то ему в шею, а голова лежала на его руке; рука затекла. Хотелось осторожненько выбраться, размять руку и подтянуть штору — потому что солнечный луч вот-вот доползёт до маленького аккуратного сопящего носа и разбудит. Ну и другие соображения тоже, гм, с утра были.
Ему удалось выбраться из-под её руки, не разбудив, накрыть худые плечи мягким одеялом, на цыпочках подойти к окну и задёрнуть штору. Ещё хотелось погладить щёку, провести кончиком пальца по мочке уха, шее, ключице… это позже. Пока же — плотно закрыть дверь и перевести дух уже в ванной.
Что это вообще было вчера? С каких пор прелюдией к свиданию стал бой против нежити? Той самой заведомо агрессивной антропоморфной нежити старше пятисот лет? Чем он вообще думал, когда подначивал её, а она тоже хороша — взяла и согласилась.
Но что-то подсказывало Саважу — не то опыт, не то чутьё, — что не случись боя, не случилось бы и свидания.