— Госпожа Лили права, мы с Марион собираемся пожениться.
Наверное, сестра Марион сказала бы что-нибудь, но дверь отворилась и вышла Клодетт Реми.
— О, вы все здесь, это хорошо. Марион пришла в себя, ей не так плохо, как мы с госпожой Арман опасались, но сегодня она останется здесь. И, может быть, не только сегодня.
— Так, мы сейчас зайдём, проведаем Марион и поедем домой, — строго сказала девочкам госпожа Люсиль.
Никто не возражал, и они исчезли в палате.
— Я тоже зайду, но после уважаемых дам, — сказал Саваж.
— У вас в самом деле серьёзные намерения относительно Марион? — спросила целительница.
— Самые серьёзные, — кивнул Саваж. — Я очень заинтересован в том, чтобы она оказалась здоровой как можно скорее.
— Я не знаю, возможно ли это, — сказала госпожа Клодетт. — И что для этого нужно сделать — тоже не знаю, — добавила со вздохом.
— Если нужно будет что-то специфическое или особенное, да если и просто нужно — говорите немедленно. Найдём.
— Конечно. Благодарю вас, профессор, — кивнула Клодетт.
Госпожа Люсиль и девочки вышли и снова уставились на Саважа. Он поклонился им.
— Милые дамы, сейчас моя очередь.
Марион лежала, переодетая в пижаму — зелёного цвета. Увидела Саважа, вздохнула.
— Не выходит ничего хорошего, видишь?
— Это мы ещё посмотрим, поняла? Выше нос. Будем думать, как всё это победить.
А если что-то пойдёт не так, то есть ещё один способ. Всегда можно договориться — с тем, что обычно не называют. Один целый некромант из Саважей за потенциального наследника означенных Саважей вместе с его матерью — должно быть равноценно.
Он подтащил стул, сел возле неё, взял её ладонь в свои. Её руки — это что-то невероятное, таких красивых рук Саваж не встречал ни у кого. Изящные тонкие пальцы с аккуратно подстриженными ногтями — даже у матушки не такие. И в этих руках может быть столько силы, что — держись. Ничего, сила ещё будет. Потому что — зачем тогда всё это?
Она дремала, а он сидел рядом и держал её за руку. И понимал, что будет тут сидеть и вот так держать столько, сколько понадобится.
35. Ребенок от некроманта
Марион проснулась ранним утром в госпитале. Вот опять, будто и не уходила отсюда. Все дороги ведут в госпиталь. А остальное… привиделось, что ли?
Сейчас она никак не могла серьёзно представить, что вчера (а вчера ли?) была в доме Саважей и согласилась выйти замуж за одного из них. Это вообще она? Или так, игры мутного сознания?
Вообще, всё правильно, конечно. Если её ребёнку суждено родиться, то пусть у него будет хотя бы отец. И даже если этот отец не будет о нём каждодневно заботиться — он делегирует эти обязанности компетентным специалистам. Поступить иначе ему не позволит его собственный отец, да и мать, наверное, тоже. Ну и… наверное, у него самого есть совесть, сострадание, опять же, о какой-то любви он там вчера говорил?