И была наполовину подготовлена диссертация. Теперь уже отступать некуда, нужно завершить работу, но когда Клодетт сказала, что Марион в ремиссии, сердце заколотилось так, что… неужели всё ещё возможно? И она вернётся?
— Марион, ты надолго в столице?
— Я не тороплюсь. Если у меня есть шанс, что с меня снимут ограничения по здоровью, то я подожду, сколько требуется. Но вообще я приехала ещё и на конференцию в Академии через три дня. Мне там выступать.
— Сегодня профессора нет, у него лекции для студентов. А завтра он будет, и тебе нужно подойти на консультацию. Я предлагаю ещё месяц наблюдения, и если ничего не ухудшится — то мы снимем все ограничения, и возвращайся в свой Легион, — смеялась Клодетт.
Она знала, что у Марион в жизни мало что есть, кроме службы. И не воротила нос от слов «боевая магия» и «Магический Легион», как некоторые другие. И она спасла Марион, это называется именно так.
— Клодетт, я никогда не забуду, что ты для меня сделала.
— Что смогла, то и сделала, — пожала плечами Клодетт. — Тебя ещё ждёт госпожа Арман, зайди к ней тоже, пожалуйста.
— Зачем? Мы ведь сошлись на том, что моя репродуктивная функция не подлежит восстановлению? — Марион хорошо относилась к гинекологу Жаклин Арман, но не была уверена, что хочет сейчас слушать о том, что она не бережёт себя.
Не хочет — и не бережёт. Её дело.
— Но она всё равно хочет убедиться, что у тебя там не наросло ничего недозволенного.
Ох, это точно, нужно проверять. Мало ли. При таком количестве разноплановых воздействий — никогда не знаешь, какая часть организма пойдёт вразнос.
Но Жаклин Арман не обнаружила ничего лишнего.
— Я рада, Марион, что у тебя хорошие прогнозы. Теперь нужно не ухудшить то, что есть, согласна? Скажи, у тебя вообще мужчины-то случаются?
— Жаклин, — Марион вздохнула и сурово посмотрела на целительницу.
Целительница была её ровесницей, только замужем и с двумя детьми.
— Что? Мне нужно понимать, что у тебя функционирует, а что — нет. Вообще-то, твои яичники в порядке, и фолликулы в них есть. Поэтому — глядишь, и эта функция организма тоже заработает.
После травмы организм Марион оказался настолько истощённым, что у неё даже месячные пропали. И вернулись только с полгода назад, хаотически и еле-еле.
— Я не уверена, что хочу, чтобы заработала. Я не доверяю моему организму, понимаешь? — сказала она.
— Доверяй не доверяй, а природа возьмёт своё, — пожала плечами Жаклин. — Впрочем, как знаешь. Моё дело сказать, что тебе всё ещё нужно хорошо отдыхать и хорошо питаться. Когда тебе на следующий контроль?