За деревней снова гавкнула собака. И опять замолчала.
Глава 13
Приказ пришёл по рации на третий день. Лещенко собрал командиров в хате — тесно, человек восемь, сидели на лавках и на полу. Рудаков — во главе, рядом Воронов с карандашом. Капустин — напротив. Серебров — в углу, у стены, как будто случайно оказался рядом. Меня Рудаков позвал сам, через посыльного:
— Ларин. Идешь на совещание.
— Зачем? Я ж ефрейтор!
— А я знаю? Приках товарища майора.
Я пошёл.
Я пошёл. Лещенко зачитал приказ по бумажке — голос ровный, без выражения, как читают люди, которые уже всё переварили и теперь просто передают:
— Сводному отряду в составе батальона Рудакова и отряда Лещенко выдвинуться в район Ярцево, поступить в распоряжение штаба сто двадцать девятой стрелковой дивизии. Задача — обеспечение флангового прикрытия на рубеже реки Вопь. Срок выдвижения — немедленно.
Ярцево. Река Вопь. Западный фланг Смоленского выступа — там сейчас давят с севера и с юга, чтобы сомкнуть кольцо вокруг города. Я знал, что Смоленск возьмут, но только в конце июля, и удержат немцы его с трудом. Семь недель этой кровавой возни и личного подвига как основы сдерживания врага — те самые, что подарят нам Москву. Где-то в этих неделях мы сейчас и находимся по шкале времени.
— Маршрут? — спросил Рудаков.
— На усмотрение командования, — сказал Лещенко. — Штаб рекомендует через Сафоново, но предупреждает — дорога простреливается.
— Лесом, — встрял я.
Все посмотрели.
— Лесом дольше, — сказал Лещенко.
— Лучше медленный живой солдат, чем скоростной мертвец на простреливаемой дороге.
Рудаков посмотрел на меня, потом на Лещенко. В конце — на Серебрякова и решил:
— Лесом.
Выдвинулись в тот же день. Четыреста семьдесят два человека — батальон Рудакова, отряд Лещенко и наши пятьдесят. Большая колонна для лесного марша, медленная. Я шёл авангардом с отделением — привычно уже, как будто иначе и не бывало. Серебров шёл со мной.
— Ярцево знаешь? — спросил он на первом привале.
— По карте, товарищ майор.
— По карте там река, болота и немецкие позиции на западном берегу. В реальности — то же самое, только хуже.
— Бывали?
— Проходил мимо. Две недели назад там ещё держались наши, сто двадцать девятая, как и сказано в приказе. Сейчас — не знаю.
— Узнаем.
Серебров посмотрел на меня.
— Ты всегда такой спокойный?
— Никак нет, товарищ майор.
— А сейчас?
— Сейчас задача есть. Когда задача — спокойнее.
Он подумал секунду.
— Интересное устройство.
— Рабочее, — поправил я.
На второй день вышли к шоссе. Не неожиданно — знали, что оно здесь, но обходить пришлось бы далеко. Когда вышли к опушке и посмотрели вниз, я понял, что мы недооценили активность. Шоссе жило. Колонны шли в обе стороны — на восток и на запад, без перерыва. Грузовики, бронетранспортёры, мотоциклы. Один раз прошли танки — пять PzKpfw III, на восток, к фронту. Эти — не нам. Эти — тем, кто сейчас под Ярцево.