Если кто-то из шести вернётся в крови — значит, плохо учил. Это тоже надо принять.
Закрыл тетрадь, вышел из блиндажа, постоял под дождём минуту. Лес шумел тихо. Где-то в лагере кто-то затянул на минуту песню, потом замолчал — голос был один, остальные не подхватили.
Завтра.
Глава 16
Немецкий снайпер появился в первых числах сентября. О себе заявил громко, убив связного — молодого парня, который бежал от штаба к передовой с пакетом. Выстрел был один, с большого расстояния, пуля вошла в шею. Парень упал замертво. Пакет лежал рядом до ночи, пока не получилось по темноте подползти и подобрать.
Вторым снайпер убил сержанта Колесникова. Сержант в этот момент стоял у блиндажа и разговаривал с бойцом. После выстрела Колесников осел, не успев закончить фразы. Третьим снайпер убил рядового, который просто вышел за угол блиндажа. Три выстрела за три дня. Трое убитых. И полное непонимание — откуда, с какой позиции, в какое время.
Рудаков вызвал меня после третьего.
— Здравия желаю, товарищ майор, — козырнул я, входя в штабную палатку. — Снайпер?
— Снайпер, — подтвердил комбат. — Трое убитых, люди боятся выходить из укрытий. Это начинает влиять на боеспособность. Нужно решить вопрос.
— Задачу понял, товарищ майор. На выполнение прошу двое суток.
— Зачем двое?
— Потому что снайпера за один день не вычислить, — сказал я. — Нужно понаблюдать. Понять систему.
Рудаков смотрел на меня.
— И какая у снайперов система?
— У хорошего, предположу, и система хорошая, — сказал я. — Хороший снайпер работает не случайно. Он выбирает позицию заранее, цели — по приоритету, время — по освещению. Если понять его логику — найдёшь его. Нам отчасти повезло — стреляет гнида хорошо, но нетерпеливый, иначе не стал бы на рядового пулю тратить. Ошибется, и ответит за это головой.
Двое суток я наблюдал. Не из укрытия, а именно наблюдал — выходил на позиции, смотрел на местность. Это был риск, я понимал. Но иначе нельзя: чтобы найти снайпера, нужно смотреть его глазами. Смотреть его глазами — значит выйти туда, куда он смотрит. Огурцов ходил рядом и молчал. Он уже понял, что в такие моменты лучше молчать.
За первый день я изучил направления выстрелов. Все трое подстреленных падали по-разному, и это позволило определить угол. Связной упал вперед — пуля пришла с востока. Колесников отвел в бок — снайпер отработал с севера. Рядовой почти не двинулся — пуля пришла с запада или юго-запада. Минимум три позиции.
Весь второй день я искал позиции. Лес на севере — подходящий, густой, много деревьев с хорошим обзором. Восточнее — разбитый хутор, там были стены, за ними можно укрыться. Юго-запад — пологий холм, поросший кустарником. Отличная позиция: сектор обзора широкий, отход по оврагу. Три позиции, три направления. Всё сошлось.