Алиса попятилась. Спиной она упёрлась в подоконник. За спиной — окно, а за окном — пропасть и скалы.
— Послушайте, — сказала она дрожащим голосом, — я не знаю никакого Рундара. И я не Элиандра. Меня зовут Алиса. Я из Москвы. Я… я просто потерялась.
Дракон прищурился.
— Ты думаешь, я куплюсь на эту глупую игру?
— Папа, — пискнула девочка из-под руки Алисы. — Она правда не мама. У неё сердце бьётся по-другому. Слышишь?
Он замер.
Прислушался.
Алиса смотрела в его глаза, боясь дышать. И вдруг среди страха она почувствовала что-то странное. Запах. От этого мужчины пахло пеплом и мятой. Гнев, смешанный с чем-то горьким и тёплым.
Она не знала, как это поняла. Просто знала.
— Ты не врёшь, — тихо сказал дракон. Его лицо дрогнуло. — Совсем не врёшь.
Девочка отпустила Алисину руку и подошла к отцу.
— Пап, она испугана. Она плакала во сне.
Алиса моргнула. Она не плакала. Но щёки были мокрыми.
Дракон посмотрел на неё, и в его глазах впервые мелькнуло что-то человеческое. Растерянность.
— Тогда… кто ты?
Алиса открыла рот, чтобы ответить. И тут мир перед глазами поплыл.
Она не успела сказать ни слова — темнота снова накрыла её, мягкая и тёплая, как старое одеяло.
Последнее, что она услышала, был голос девочки:
— Папа, она упала. Не дай ей разбиться.
И чьи-то сильные руки поймали её за талию.
«БЕГЛЯНКА С РЕБЁНКОМ»
Алиса очнулась от того, что кто-то гладил её по голове.
Она лежала на мягкой кушетке у камина. В камине горел огонь — необычный, золотисто-синий, и от него не шло жара, а разливалось ровное, уютное тепло, как от пухового пледа.
— Вы пришли в себя, госпожа.
Алиса моргнула. Над ней склонилась служанка в тёмно-зелёном платье, с простым лицом и настороженными глазами. Она держала в руках серебряный поднос с кубком.
— Пить, — сказала служанка. — Вам нужно попить.
Алиса взяла кубок. Внутри оказался тёплый травяной отвар, пахнущий мёдом и чем-то горьковатым. Она сделала глоток. Горло перестало саднить.
— Где… где он?
Служанка опустила глаза:
— Его светлость уехал в Совет. Вернётся к вечеру. Велел вам ждать в покоях и не выходить.
«Ждать, — пронеслось в голове Алисы. — Ждать, чтобы меня наказали за то, чего я не делала».
Она поставила кубок и оглядела комнату.
И только теперь увидела, где оказалась.
Это была спальня — нет, не спальня. Это был зал для сна, отделанный тёмным деревом с золотой резьбой. По стенам висели гобелены с изображениями драконов, парящих над горами. Пол был устлан толстым ковром цвета бордового вина, настолько мягким, что ноги тонули в нём по щиколотку.
Кровать, на которой она проснулась утром, стояла у дальней стены — огромная, под балдахином из бордового бархата, расшитого золотыми нитями. Подушки лежали горой, все разных размеров, в шелковых наволочках. Простыни были такими гладкими, что скользили под пальцами, как вода.