Алена, на минутку прервав мужа, предложила положить эти веселые обзывалки на музыку, чтобы получились почти народные частушки.
– Эх, дайте в руки мне гармонь! – засмеялась она. – А тебя еще считают, как это, гражданственным поэтом! Поэтом-лириком, романтиком! Да никто глазам своим не поверит, если это опубликовать и подписать – Роберт Крещенский! Давай дальше, прекрасно!
РАЗГОВОР НАЧИСТОТУ
Ох, как для Лиски, для какашки сочиню я обзывашки. Проявила Лиска прыть, вышла в море мелко плыть! Ай ля-ля! Ой лю-лю! Но я ей вот что заявлю: со всей своей оравой вдали от берегов ты потакаешь нравам буржуев и врагов! Танцуя до икоты, ты, под не наш мотив, позоришь теплохода здоровый коллектив! Вертя блудливо задом на ихнем сквозняке, порочишь ты тем самым культуру эС эН Гэ!.. Страна, где мощь ослабла, где холод и нужда, в КРУИЗ тебя послала! А ты ее КУДА?! Обидно мне особенно, что ты, презрев отца, бросаешь тень на СОБИНОВА — великого певца!.. …Ты не права, участница! Настолько не права, что у меня кончаются приличные слова.
ПОЛЕЗНЫЙ СОВЕТ
Лиска-Мисска, потрох сучий, стервь и ваучер вонючий! Ни об чем ваще не думай, мисс должна быть круглой дурой! Понапрасну не старайся, будь собой, не притворяйся. И тебе окажут честь. Ибо дура ты и есть!
(Поскольку слово «дура» в ругалках употреблять нельзя, здесь его следует читать, как «ж…» А на рифму наплевать!)
Круиз
Двадцатидневное путешествие было сложным, утомительным и полным опасностей. Главная угроза исходила от разнузданных членов жюри и их дружков, которые в избытке ошивались на палубе. Лиска даже представить себе не могла, что эти журналистско-телевизионные люди, известные всей стране ведущие и маститые обозреватели, такие интеллигентные, значительные и добрые в эфире, окажутся наглыми и похотливыми кобелями, уверенными в своей власти. Слова «нет» для них не существовало. Ну, может, охлаждало на пару часов, давало, так сказать, жертве небольшую отсрочку. Но стоило им только в очередной раз заправиться у барной стойки, как девичий отказ забывался и все начиналось по новой.
Начало конкурсного отбора. Видимо, тащим жребий
И вот наконец наступил заключительный этап: последний конкурс – танцевальный, который и должен был все решить. Лиска шла впереди ноздря в ноздрю с Альбиной, журналисткой из «Комсомолки», которая в узких кругах была знаменита тем, что на спор спала с разнокалиберными сомнительными личностями и потом развернуто и подробно писала о своих ярких впечатлениях. В общем-то, она была неплохой журналисткой, но темы выбирала странные и опасные, с трудом проходящие даже видавшую виды газетную цензуру. Все профессиональные конкурсы обе девочки прошли на ура и тут заключительный – танцы. Лиска, не совсем, скажем так, виртуозно владеющая своим телом, боялась именно за этот конкурс – Лидкины балетные гены внучек никак не задели и размазались, не дойдя до цели. Зато родительские сделали свое дело – голова работала прекрасно. Лиска выбрала рокерский танец, где главными были костюм и наглая морда, все остальное было уже неважно. Она подговорила подругу, чтобы на стол членов жюри ей поставили рюмку с водой и для начала одним махом выпила ее, хорошенько, конечно, скривившись для общего впечатления. На втором столе ее тоже ждала рюмка с водой. И на третьем. Надо ли говорить, что танцев от нее уже не ждали. И зря! Несколько дерзких резких движений под жуткую музыку, один гранд батман, четвертая рюмка – и буря аплодисментов! И никакая Альбинина сальса положение уже не исправила.