— Панкратов, если вы сейчас продолжите пытаться водить нас за нос, ОКО заберет вас уже сегодня. А там никто не станет спрашивать про украденные ложки и ножи. Их будет интересовать совсем другое.

Парень тяжело задышал.

— Я… я ничего такого не делал, — произнес он после паузы.

— Тогда вам бояться нечего.

— Есть чего… — пробормотал Панкратов.

Николай спокойно сел напротив него.

— Рассказывайте. И мы защитим вас от тех, кто поручил вам сдаться, и кого вы так сильно боитесь.

Панкратов долго молчал. Потом неожиданно ссутулился, будто из него выпустили весь воздух.

— Я… не из них, — пробормотал он.

— Из кого? — не понял приятель.

— Не из «Рассвета», — пояснил задержанный.

В кабинете стало настолько тихо, что было слышно, как тяжело он дышит.

— Продолжайте, — негромко сказал Озерский.

— Я… просто помогал иногда, — забормотал Панкратов.

— Что значит «помогал»?

— Есть люди… которые выполняют поручения. Передать что-нибудь. Купить. Проследить. Забрать. Иногда найти человека.

— За деньги?

Панкратов покачал головой.

— Не всегда.

— Тогда за что?

— Они поддерживают тех, кто им помогает, — пояснил Панкратов.

— Чем помогают? — уточнил Озерский

— Работу найти… проблемы утрясти… кого-нибудь вытащить… Иногда лечат… Документы делают…

Он говорил все тише.

— То есть вы были человеком на побегушках, — подвел итог Николай.

Панкратов кивнул.

— Но в саму организацию вас не принимали?

Задержанный покачал головой:

— Нет.

— Почему?

— Сказали… надо заслужить. А эту татуировку я сделал сам. Хотел быть причастным. Никому не показывал, но сам для себя считал, что я часть их общества. Что еще чуть-чуть и можно будет с гордостью носить ее.

Мы с Николаем переглянулись.

Тот едва заметно кивнул, предлагая продолжать.

— Кто предложил вам взять на себя кражу? — спросил я.

— Один человек.

— Имя.

Парень покачал головой:

— Не знаю.

— «Не знаю», «не помню»… — протянул я. — Хватит.

Панкратов резко замотал головой.

— Правда, не в курсе! Мы никогда имен не спрашивали. Зачем они нам? Меньше знаешь — крепче спишь.

— Тогда что он сказал? Как вы связывались? Номер телефона… адрес?..

Парень глубоко вдохнул.

— Нет. Они находили подручных, вроде меня, когда им было нужно. Давали знак. Прийти в нужное место, и там нужно было забрать поручение. Это всегда были разные люди, лица скрыты маской, голос искажен.

— Как вы понимали, что люди не одни и те же? — спросил Николай.

— Рост, комплекция… — пожал он плечами.

— А какой знак? — уточнил я.

— Обычно письменное послание, которое потом уничтожается. Записка, которая сгорает у тебя в руках.

Мы с Николаем опять переглянулись. Эти методы уже были нам знакомы. Люди, организовывавшие аукцион, рассылали приглашения подобным образом. И понимание, что организация с таким светлым названием, как «Рассвет», замешана в темных делах, лишь укрепилось.