— А что за маски? — спросил я, памятуя об аукционе. Вдруг всплывет что-то знакомое.

— Обычная, белая, с прорезями для глаз, без черт лица. Просто… — он провел перед лицом, — плоская… Ничего интересного.

— Ясно, — кивнул я. Предположение не оправдалось, но ощущение, что мы подобрались очень близко, все равно бодрило.

— Со мной встретился человек. Просто на улице, в одном из дворов-колодцев. Сказал, что нужно взять на себя кражу, и тогда моя семья ни в чем не будет нуждаться. Я сначала растерялся, но потом подумал и решил, что меня это устроит.

— Именно взять на себя? — уточнил Озерский. — Не совершить?

— Не совершить, — подтвердил тот. — Просто взять на себя.

— А если все пройдет хорошо, по истечении приговора вас должны были взять в организацию.

Парень опять кивнул. Хотя и мне, и Николаю было понятно, что, скорее всего, из тюрьмы бы он уже не вышел. Несчастный случай, драка, попытка побега… Списать можно на что угодно. Закралось подозрение, что он не первый раз подставляет своих заказчиков, поэтому им просто решили пожертвовать. Хотя семья, возможно, действительно бы ни в чем не нуждалась.

— А тату, — я кивнул в сторону руки, которую парень все еще прикрывал другой ладонью. — Они знали о ней?

— Нет. Я поэтому и попытался ее быстро свести. Но вышло не очень…

Николай вздохнул. Вероятно, он подумал о том же, о чем и я. Что парня в тюрьме ждет незавидная участь.

— А что с маской?

— Ничего, — он помотал головой. — В глаза ее не видел. Нам скинули вещи, которые нужно сдать в ломбард. И все…

Мы опять переглянулись.

— Нам потребуется подробное описание человека, который давал вам инструкции и отдал вам краденое.

— Хорошо. Это был один и тот же мужчина, — затараторил парень. — Но вы же меня защитите? Правда?

Озерский кивнул.

— Но вам придется рассказать все. Ничего не утаивая. До мельчайших деталей.

— Я согласен, — покивал парень. — Я напортачил. Они захотят избавиться от меня.

— И так бы это сделали, — вырвалось у Николая, и в глазах задержанного отразилось осознание, которое он в первые секунды попытался отринуть.

— Не думали об этом, да? — усмехнулся Николай и покачал головой. — А стоило бы…

— Но… Я ведь… — Панкратов опять потер рукав. — Я же…

— Теперь у нас будет официальный повод наведаться в организацию, — произнес Озерский, потирая руки. — И задать много неудобных вопросов.

— Именно, — радостно подытожил Николай. — Ну что, пойдем реставратор, дальше без нас справятся.

— Да, хорошо, — кивнул я, но потом замер. — Но у меня еще один вопрос. Этот мужчина ничего не говорил о том, зачем ему маска. Может, упоминал что-то ритуальное? Или как-то звучала фамилия Померанцева?